b000002434

8 били обрезком арматуры на Вацлавской площади. Что писать, долго не мог придумать. Вся информация по службе являлась строго се- кретной. Помог примкнувший ко мне Николай Озёрный. Будучи с заплывшим от удара камнем глазом в последнем совместном рейде, он был освобожден даже от патрулирования. По молодости реши- ли подшутить над старшими сослуживцами. Описали, как опытные интернационалисты – старлеи и капитаны, подкармливают бродя- чих уличных детей братьев по соцлагерю и разъясняют, что защи- щают их светлое будущее. Полковнику из политотдела, заехавшему в гости к нашему командиру полковнику, очень понравился боевой листок. Высокопоставленный офицер, поблагодарив замполита за службу и понимание текущего момента, прихватил «показное» про- изведение для показа в назидание другим. С того августовского дня началась моя дружба с Николаем. К нашему спецподразделению численностью шестьдесят восемь человек в группе войск прилипло прозвище «Братаны»… Павел Александрович Бесфамильный, зимой вернувшись из командировки в Афганистан в звании подполковника, женился на учительнице Наташе. Родители жены проживали в городе Петушки. Я, Николай Озёрный и двое его новых сослуживцев гуляли в доме тестя на его свадьбе. Следовательно, адрес места встречи я имел. Вот и всё, что знал на тот момент о нём. Мне предстояла обычная в моём понимании поездка. В по- следние годы чаще ездил на похороны, чем на дружеские встре- чи. В круговороте рутинной работы на гражданке и ничем осо- бенным не выделяющихся вокруг меня событий тех лет пред- ставить не мог, что поездка затянется на две недели. И я буду свидетелем и участником тайных событий и открытий, о которых говорить и писать было невозможно. По возвращении из поезд- ки предстояло дать подробные объяснения следователю по особо важным делам в областном УВД. В дополнение затребовали на меня характеристику с места работы. В те годы всё происходя- щее вокруг меня настораживало и пугало. Поверьте, причины к беспокойству были.