b000002431

70 ОЛУХ Э та история, ставшая впоследствии для меня неприятной, началась зимой 1966 года. Наша семья пока ещё прожи‑ вала в опустевшей старинной трактовой деревне Анда‑ рово на Владимирской земле, в пяти километрах от села Черкутина по дороге Владимир – Кольчугино. Она, кроме трёх домов, не под‑ вергалась сселению в 50–60‑х годах. Деревня медленно вымирала. Молодёжь уезжала на учёбу и работу в города, а древних старичков и старушек в скорбном молчании скромно хоронили на глуховском кладбище. Нам жаль было расставаться с большим двухэтажным до‑ мом и огромным садом. Отец в это время работал управляющим в местном черкутинском совхозе, и с транспортом проблем не было. Электричество, телефон тоже имелись. Огромный андаровский лес, к которому примыкала деревня, являлся государственным охотза‑ казником. В наличии вместительного и удобного дома в опустев‑ шей тупиковой деревне нуждались приезжавшие охотиться важные областные руководители, привозившие московских проверяющих и нужных людей. На охоту в санях на лошадке по лесным дорогам и пешком по тропам их частенько прогуливали я и мой младший брат Володя. Непуганых лосей было так много, что не было необходимости охо‑ титься загоном. Лесозаготовительные работы велись далеко за Со‑ бинкой на горельниках. Табуны почти одомашненных лосей часами кормились в лесоделянке на бугре, на виду у жителей деревни. В этот год учился я во Владимирском строительном техникуме. И положенный мне отгул за участие в областных лыжных соревно‑ ваниях взял на субботу. Приехав в пятницу в деревню, повстречал у нас в доме пятерых знакомых охотников. Среди них один был работник обкома партии,