b000002430

69 городцы однакожъ этимъ не удовольствовались. Возвратнвшпсь въ Новгородъ , они приготовились къ походу, пошли за Нарову, опустошили окрест- ностя ея и, вмѣстѣ со Псковичами , при помощи К ор елъ , разбпли Нѣмцевъ въ собственныхъ ихъ владѣніяхъ и заставпли ихъ просить мира на всѣхъ условіяхъ, какія бы ни предложили Новго- родцы, или Псковичи (16Э). Новгородская же лѣтопись замѣчаетъ о слѣ- дующемъ годѣ : «добро бяше хрестьяномъ», — добро — потому, что Руси не безпокопли въ это время ни Татары, успокоенные Св. Александромъ, ни Литва и Нѣмцы, усмиренные сьшомъ его Кня- земъ Василіемъ. Но въ самомъ Новгородѣ заражда- лось уже тогда нѣчто недоброе. Можно себѣ пред- ставить, какъ и странно, пбольно было Св. Алек- сандру вдругъ услышать, что Новгородъ, столько обязанный ему самому и въ недавнее время его сыну, самовольно принялъ въ 1254 г. бѣжавшаго изъ Твери брата его Ярослава, сначала далъ ему Ладогу , а потомъ предложилъ Псковъ (17°). Но Новгородъ не ограничился этимъ. Залучивъ къ себѣ Князя , котораго Могъ призвать изъ Пскова, когда бы ни захотѣлъ, онъ былъ столько дерзокъ, что рѣшился даже вступить въ переговоры съ Ве- ликимъ Княземъ Александромъ, «яко о миру» (1Г1), С69) ІІовгор. 1, 55; II Г. Р. т. IV, 45—46. (,7°) Лавр. 202. (т ) Тамже.