b000002429

Утонулъ воевода-епископъ и рыцарь ихъ, самъ Спиридонъ. А Сбыславъ Якуновичъ тотъ сѣкъ эту чудь, съ позѣвкомъ и съ-плеча, й проѣхалъ сквозь полкъ ихъ, и далее подкладомъ не вытеръ меча, Хоть вернулся къ дружинѣ весь красный, и опереди онъ, да и сзади ; И его Александръ похвалилъ молодечества буйнаго ради. А Ратмиръ не вернулся, и только ужъ други смогли Вырвать трупъ для схорбна на лонѣ родимой земли. — Три корабля трупьемъ своимъ навалиша! Крикнулъ ловчій у князь.-Алекеандра, а Миша, Стремянной, говорить: „хоть пасли мы заморокихъ гусей ихъ, п асли , Да гусынь ихъ, ліобезныхъ трехъ шнекъ, почитай не спасли". Балагурь былъ. А Савва-то отрокъ досмысленный былъ, И у Бюргера въ ставкѣ онъ отолпъ золотой подрубилъ, Да- и вороговъ всѣхъ, чтб попалися подъ руку, толю Топоромъ изрубилъ онъ въ капусту. А князь-то!.. О Господи, Боже! Какъ наѣхалъ на Бюргера, ихъ воеводу, любимымъ конемъ, Газмахнулея съ-плеча и печать кровяную булатнымъ копьемъ ГІолоясилъ меясъ бровей хвастуну окаянному шведу. Затрубили рога благовѣрному князь-Александру побѣду, И со страхомъ бѣніали всѣ шведы, гдѣ сушью, а гдѣ по водѣ, Но настигла ихъ быстро Господняя кара вездѣ: Ужъ не князь Александръ ихъ настигъ со своей удалою дружиной, А другой Судія на крамольниковъ, вѣчно-Единый... И валшшея шведы, валежникомъ хрупкимъ, со смертной тревогой, Убѣгая отъ Божіей страшной грозы ни путемъ, ни дорогой; По лѣсамъ и оврагамъ костями они полегли, Тамъ, гдѣ даже дружинники князя за ними погоней не шли. Въ стихотвореніи, приложенпомъ къ „Житію св. благовѣрн. в. кн. Александра Невскаго" (см. ист. и пособ.), живо рисуется свѣтлый образъ св. Александра. ** * Когда нашъ мирный край родной Губилъ и жегъ татаринъ злой; Когда несмѣтными толпами, Какъ звѣри хищные стадами, Изъ края въ край, изъ града въ градъ, Неслись монголовъ страшныхъ силы, И слѣдъ ихъ былъ пожаровъ рядъ, Грабеясъ, насилье и могилы,— Врагомъ лишенная вѣнца, На цѣпи тяжкія взирая, Въ слезахъ страдала Русь святая— Не зрѣлось бѣдствіямъ конца. Предъ ликомъ попранной свободы, Въ ней смолкъ веселья шумный гласъ, Всѣмъ мнилось: близокъ смерти часъ! Убитый тяяюстыо страданья, Народъ поникъ своей главой— Лишь церкви благовѣстъ святой - Ему несъ звуки упованья. И въ это время-скорби, слезъ, Какъ утѣшеніе небесъ, Сіялъ во тьмѣ звѣздою славы Блюститель русскія державы. Красою ангельской лица И взоромъ, кротостью -обилыіымъ, Онъ влекъ къ себѣ, какъ дань, сердца Неотразимо чувствомъ сильнымъ.