b000002429

XYIII. Послѣдній великій подвигъ св. Александра. — Бесермены. — Возстаніе народа. — Гнѣвъ хана. — Путешествіе св. Александра въ орду „избавы ради христіанъ“,—Успѣхъ ходатайства. РадУйсА, Ако ліногажды воспринималъ еси на севе страш­ ный отвѣтъ о неразУмныхъ народа своего воБСтаніихъ! РадУйсА, волею мУчениче, сликоств У ай нынѣ сонм У м У- чениковъ! Предчувствовалъ ли Александръ Ярославичъ, что протекшіе два года мирной и сравнительно спокойной жизни будутъ лишь кратковременною ослабою, какую среди тяжкихъ трудовъ и заботъ послалъ ему Господь, да почіетъ, прежде даже не отъндетъ (Псал. 88, 14)? Не только пред­ чувствовалъ, по, можно сказать, изо дня въ день ожидалъ новыхъ безпо- койствъ. Отстоявъ самостоятельность государства, онъ неизбѣжно долженъ былъ согласиться на тяжелую дань. При этомъ съ одной стороны онъ хо­ рошо зналъ жадность татаръ, ихъ грубость и склонность къ насиліямъ всякаго рода, съ другой—попималъ всю неподготовленность русскаго народа къ рабской покорности, къ тяжкимъ жертвамъ и терпѣливому перенесенію невзгодъ. До монгольскаго ига власть русскихъ князей вовсе не была отя­ готительна для народа. Хотя наши князья и вели воинственный образъ жизни, но въ обращеніи съ народомъ они нерѣдко проявляли черты истинное отеческой заботливости, добродушія и кротости. Въ народныхъ пѣсняхъ н- слышится ни малѣйшей жалобы на притѣсненія со стороны бояръ и кня­ зей, на худую, тяжелую жизнь, — значить, ясить было хорошо. За самыя тяжкія преступленія виновный платился лишь своимъ имуществомъ, отдавая опредѣленную закономъ пеню. Къ тѣлесному наказанію не прибѣгали. Слова: „да будетъ мнѣ стыдно"— служили порукою въ вѣрности и ненару- шимости принятыхъ на себя обязательства У монголовъ были другіе обы­ чаи: требуя дани, они безъ церемоніи ставили неисправныхъ должниковъ