b000002429

1 6 9 сйорбна была благочестивому князю мысль, что множество православнЫхѣ христіанъ живутъ безъ освящееія таинствами, умираютъ безъ христіанскаг&Ѵ напутствія. Й вотъ вмѣстѣ съ митрополитомъ Кирилломъ Александръ начи­ наете ходатайствовать предъ ханомъ о дозволеніи устроить епархію въ сто- лицѣ ханской— Сараѣ. Ходатайство великаго князя и митрополита было уважено. Въ 1261 году поставленъ былъ первымъ сарайскимъ епископомъ Митрофапъ, которому также подчинена была и древняя епархія переяслав­ ская. Впослѣдствіи предѣлы новой епархіи обнимали земли по нижней Волгѣ и притокамъ Дона, откуда ея названіе— „Сарская и Подонская" 339). Съ учрежденіемъ епархіи въ Ордѣ, безъ сомнѣнія, стали воздвигаться храмы, и въ еихъ совершалось богослуженіе: сколько дорогихъ, отрадныхъ впечатлѣній ложилось на душу русскаго человѣка, принужденная жить вдали отъ ро­ дины!.. Были примѣры обращенія въ христіанство и самихъ татаръ. Пер­ вый и самый трогательный примѣръ такого обращенія въ княженіе Але­ ксандра представляетъ св. Петръ, царевичъ ордынскій, родной племянникъ Беркая. Однажды прибыль въ Орду съ ходатайствомъ за свою паству ро- стовскій епископъ Кириллъ и много разсказывалъ хану о святыняхъ земли ростовской, о томъ, какъ она просвѣщена была св. Леонтіемъ, о чудесахъ, совершавшихся при его гробѣ „и ина мпога ученіа отъ евангельскыхъ ука- заній глагола". Теплая, одушевленная бесѣда епископа глубоко запала въ душу присутствовавшая здѣсь ю ная царевича. Желаніе истины пробуди­ лось въ душѣ его: часто уходилъ онъ въ поле, „уединяася и размышляа, како си вѣруютъ цари наши солнцу сему и мѣсяцу, и звѣздамъ, и огневи? Кто сей есть истинный Богъ?" Съ какой радостью узналъ царевичъ, что его державный дядя вновь вызываете въ Орду епископа Кирилла, „да исцѣ- литъ сына его, единъ бо бѣ у него". Святитель, заповѣдавъ всѣмъ молиться въ Ростовѣ, „освятивъ воду и пришедъ въ татары, и исцѣли сына". Какъ изумленъ и обрадованъ былъ старецъ-епископъ, когда однажды явился къ нему племянникъ хана съ усердной просьбой взять его съ собой въ Ро­ стовъ! Однако, это было дѣло опасное: мать и родные, безъ сомнѣнія, могли бы покарать не только бѣглеца, но возбудить гнѣвъ хана и противъ Ки­ рилла, но съ другой стороны епископъ не могъ отвергнуть души, жаждущей истинная свѣта. Царевичъ выразилъ рѣшимость тайио отъ всѣхъ скрыться изъ Орды и прибыть въ Ростовъ. Такъ дѣйствительпо и случилось. И вотъ татарскій царевичъ, плѣненный благолѣпіемъ соборная храма и стройно­ стью христіанскаго бояслужепія, усердно просите епископа окрестить его: „огнь възгорѣся въ сердцы его, и восія солнце въ души его!" Но опыт­ ный старецъ совѣтуетъ ему подождать еще нѣсколько времени: царевича могли отыскивать иа Руси и въ самомъ Ростовѣ. Когда наконрцъ опасность миновала, епископъ крестилъ царевича, назвавъ его Петромъ, „и бѣ Петръ ученіе Господне (слушая) по вся дни во святилищѣ и у владыки". I одъ отъ году Петръ все болѣе свыкался съ жизнью на Руси. Князь Борисъ Васильковичъ такъ полюбилъ его, что побратался съ нимъ. Часто они вмѣстѣ дѣлили досугъ, занимаясь охотою съ ловчими птицами по берегу ростов­ с к а я озера, часто приходилось Петру засыпать подъ открытымъ небомъ, среди дубравъ, „по обыщнѣй молитвѣ", и тогда посѣщали его дивныя ви- дѣнія. На мѣстѣ одного изъ такихъ видѣній, „при езѣри" Неро, Петръ, съ благословепія епископа Игнатія, преемника Кирилла, построилъ мона­ стырь во имя свв. апостоловъ Петра и Павла. Женившись на дочери ордып- 11 *