b000002429

нія, „но и во время присутствія баскаковъ, по замѣчанію историка, мы не имѣемъ основанія предполагать большого вліянія ихъ на внутреннее управ- леніе, ибо не видимъ ни малѣйшихъ слѣдовъ такого вліянія" ЗІ8). Подводя итогъ всему, скажемъ словамп историка, что „Россія, при опредѣленіи своихъ отношепійкъ монгольскимъ ханамъ, во 1-хъ сохранила власть своихъ князей, которые сдѣлались такимъ образомъ посредниками между государствомъ и ханами; во 2-хъ ей оставлены были ея родные за­ коны и собственный судъ во всѣхъ дѣлахъ, что въ особенности способство­ вало къ сохраненію русской жизни и русскаго характера; въ В-хъ ей предо­ ставлена была неприкосновенность не только религіозныхъ вѣрованій, но даже и церковнаго устройства, что преимущественно питало чувство народной са­ мостоятельности и привязанности къ своему родному; и въ 4-хъ, накопецъ, Россія, по опредѣлепію своихъ отношеній къ ханамъ, удержала за собою, какъ государство самостоятельное, право войны и мира безъ посредства ха- повъ и ихъ сановниковъ. Такимъ образомъ Александръ только однимъ умѣньемъ вести переговоры, благоразумною настойчивостью и выжиданіемъ времени до- стигъ того, что Россія, совершенно покоренная монголами и рѣшительно не имѣвшая силъ имъ противиться, получила отъ своихъ могуіцественныхъ по­ велителей, не поднимая оружія, права державы почти самостоятельной, т.-е. достигла того, чего не всегда добиваются другіе народы, даже послѣ упор­ ной борьбы, и притомъ отъ повелителей не столько могущественныхъ, ка­ кими были монголы въ XIII столѣтіи. Очевидно, подати, поборы и разныя повинности, наложенным на русскихъ монголами, были очень тяжелы, и на­ родъ много должеиъ былъ терцѣть отъ посланцевъ хана, особенно вначалѣ; но эта тягость была временна и, что важнѣе, за Россіею осталась ея на­ родность, эта душа и жизнь государства. Четырехлѣтніе труды Александра въ переговорахъ съ ханами и ихъ сановниками не остались безъ успѣха. Конечно современники, можетъ быть, не замѣчали этого; но мудрый ратобо- рецъ за русскую землю зналъ, чего добивался, и посему вполнѣ заслужи­ ваете благоговѣніе и благодарность потомства, которое, уже зная послѣдствія Александровыхъ заботъ, можетъ съ большею правдивостью оцѣнить его труды" 819). Окончивъ благополучно исчисленіе въ земляхъ рязанской, муромской и суздальской, распредѣливши дань между жителями и поставивъ сборщиковъ и надзирателей за исправностью платежа, татарскіе сановники отправились въ Орду, чтобы донести хану объ успѣшномъ исполненіи возложениаго на нихъ порученія. Немедленно отправился туда же и Александръ въ сопро- вожденіи русскихъ іотязей, съ тѣмъ, чтобы еще разъ засвидѣтельствовать предъ хапомъ о добросовѣстномъ исполненіи русскимъ народомъ возложен- ныхъ на него повинностей и выразить хану чувство благодарности за мило­ стивое отношепіе его къ своему вѣрному улусу. Вмѣстѣ съ тѣмъ необхо­ димо было еще разъ отблагодарить Улавчія и другихъ вельможъ, съ ко­ торыми Александръ имѣлъ дѣло. Ханъ принялъ русскихъ князей весьма милостиво, но, отпуская ихъ отъ себя, еще разъ рѣшительно выразилъ свою волю, что въ числѣ подвластныхъ ему земель долженъ находиться и Великій Новгородъ... Такимъ образомъ труднѣйшій подвигъ на половину былъ исполнеиъ, но то, что предстояло еще впереди, едва ли не было труднѣе. Не говоря уже о Новгородѣ, можно было опасаться, что жители и другихъ русскихъ областей