b000002429

годомъ, можно сказать, становились опаснѣе для Руси. Въ то же время шведы и нѣмцы, хотя и устрашенные побѣдами Александра, однако вовсе не думали отказаться отъ враждебныхъ дѣйствій противъ русская народа, выжидая лишь болѣе блаянріятныхъ для себя обстоятельствъ. Было и еще одно соображеніе, которымъ могъ руководиться Ярославъ при распредѣленіи земель. Онъ самъ разсчитывалъ утвердиться въ Кіевѣ въ то время, какъ разразилась гроза монгольская нашествія. По извѣстію во- лынской лѣтописи, онъ не могъ его удержать за собой и удалился въ суз­ дальскую область. Только Александръ могъ упрочить здѣсь свою власть и удержать Кіевъ за родомъ Ярослава. Далѣе —- во время погрома Батыева особенно пострадало Приднѣпровье. Между тѣмъ какъ сѣверо-восточная Русь начала оправляться, благодаря скорой и энергической помощи самого Ярослава, приднѣпровсісія земли оставались въ запустѣніи. Никто не былъ способнѣе Александра сколько-нибудь привести здѣсь дѣла въ порядокъ и энергической дѣятельностыо хотя отчасти загладить слѣды разоренія. Сло- вомъ, гораздо большія трудности, который предстояли теперь кіевскому кыязю, могли побудить Ярослава назначить Андрея во Владиміръ. Можетъ быть, здѣсь отчасти дѣйствовало особенное расположеніе Ярослава къ Ан­ дрею, съ которымъ онъ никогда не разставался. Какъ бы то ни было, Александръ Ярославичъ безъ малѣйшаго неудо- вольствія принялъ на себя трудную задачу, одушевляемый любовыо къ ро- динѣ. Тѣмъ удивительеѣе встрѣчать у нашихъ историковъ обратное, ни па чемъ не основанное предположеніе о недовольствѣ Александра тѣмъ, что ему достался Кіевъ, а не Владиміръ 2П). Развѣ не также спокойно отнесся и раньше Александръ къ раздѣлу областей, произведенному его дядею не­ посредственно послѣ смерти Ярослава?.. Удивительно и то обстоятельство, что, несмотря на недовольство старшая брата, однако умѣвшаго съ замѣча- тельной энергіей достигать своихъ цѣлей, Андрей спокойно княжитъ во Владимірѣ, а Александръ, нисколько не думая о соперничествѣ, собирается въ Кіевъ, несмотря на то, что его горячо отговаривали новгородцы. Между тѣмъ это нисколько не мѣшаетъ утверждать, что яНевскій герой не поѣхалъ туда (въ Кіевъ), а пребывалъ или въ ГІовгородѣ Великомъ или въ своихъ суздальскихъ волостяхъ (мы могли бы сказать съ большимъ правомъ: го- стилъ у брата своего Андрея во Владимірѣ), ожидая удобная случая за- владѣть стольнымъ Владиміромъ" 212). Если бы мы могли перенестись въ описываемое время, то увидали бы пѣчто совершенно противоположное сло- вамъ историка, а именно —трогательное зрѣлище всенародная горя по слу­ чаю тяжкой болѣзни, постигшей певскаго героя, всеобщая горячаго участія русскихъ людей, съ умиленіемъ услышали бы горячія молитвы всей Руси о томъ, кто служилъ ей лучшимъ утѣшеніемъ въ тѣ скорбные годы .. Такъ опасно свои собственным мысли и соображенія, притомъ построенным въ разсчетѣ на слабости человѣческія, приписывать дѣятелямъ, отличавшимся возвышеипымъ строемъ мысли и благородствомъ души... Но мы еще разъ вернемся къ этому предмету. ГГосмотримъ теперь на то, что происходило па Руси во время продол жительнаго отсутствія старшихъ Ярославичей. Если Александръ, уважая права старшинства, призналъ послѣ смерти отца дядю Святослава великимъ княземъ владимірскимъ,—не такъ взглянулъ да это младшій братъ Михаилъ, князь московскій. Судя по участи отца, постигшей его во время путеше-