b000002429

„Безпрерывное перехожденіе съ мѣста на мѣсто князей, бояръ, воевъ и отчасти самыхъ поселянъ — и нигдѣ никакого установленная твердо по­ рядка, котораго вотще, видно, искали Словене за моремъ, жалуется другой. Совершенно полная свобода, подвижность, измѣняемость господствовала во всѣхъ учрежденіяхъ— въ преемствѣ князей и въ ихъ отпошеніи къ людямъ, между собою, въ собраніи вѣчъ, въ избраніи духовныхъ сановниковъ; какая-то не- довѣрчивость или отвращеніе отъ всякаго положительная опредѣленія; при­ вычка, сдѣлавшаяся второй природой, рѣшать всѣ дѣла внѣ правилъ, смотря по обстоятельствамъ и требовапіямъ времени, какъ въ ту или другую минуту представлялось нужнымъ, полезнымъ и цѣлесообразнымъ. „Сколько источниковъ и поводовъ для замѣіпательствъ всякаго рода! „А нравственный, духовный уровень въ передовыхъ дѣятеляхъ стоялъ между тѣмъ высоко, поднимался безпрестанно,— и во всѣхъ областяхъ, во всѣхъ слояхъ общества являлись люди глубоко просвѣщенные о единомъ, еже есть на потребу,— исключительный предмета древней русской любо­ знательности и просвѣщенія, — но голоса ихъ были голосами вопіющихъ въ пустынѣ. „Народъ принималъ всѣ бѣдствія, какъ естественныя, такъ и граждан- скія, справедливымъ наказаеіемъ за грѣхи и приносилъ покаяніе устами сво­ ихъ лѣтописей, но помочь злу онъ былъ не въ силахъ и не въ понятіяхъ. "Что же грозило государству, до такой степени распущенному, далѣе,— при естествеиномъ умноженіи князей! "Мелкопомѣстность, чересполосность, разеобоярщина, однодворчество! "Вотъ въ какомъ ужасномъ, отчаянномъ положеніи находилось отече­ ство въ половинѣ XIII столѣтія! „Враги сильные, грозные, многочисленные, одни другихъ лютѣе, съ востока, юга, запада, сѣвера и моря, какъ хищные звѣри съ зіяющею пастыо, стали надъ нимъ и грозили порабощеніемъ. Татары, литовцы, поляки, вен­ герцы, нѣмцы, датчане, шведы окружили святую Русь какъ бы облавою, иапирали на нее, грозили разнять ее по составамъ, готовясь подѣлить ризы ея по себѣ и объ одеждѣ метати жребій. „Была ли какая человѣческая возможность сладить съ такимъ страш- пымъ сборищемъ враговъ странѣ, изнуренной двухсотлѣтними меяедуусобіями, лишенной теперь почти всего своего военная сословія, опустошенной огнемъ и мечемъ вдоль и поперекъ, отъ одного коица до другого? „Казалось, погибель ея неизбѣжпа, иигдѣ пе видать было исхода, на­ дежды никакой пе мелькало на переиѣпу обстоятельствъ къ лучшему,—нро- падетъ святая Русь. Казалось тогда, что на роду написано ей: не быть! „Такую горькую, тяжелую думу думалъ, вѣроятпо, святой отшельникъ въ глубипѣ пещеръ кіевскихъ или черпиговскихъ, смиреиный лѣтописатель, заносившій въ лѣтописъ пе чернилами, а слезами и кровію, описаніе страш- пыхъ событій—думалъ и молился со страхомъ и трепетомъ о спасеніи до­ рогой отчизны,— Господи, помилуй! Помилуете ли Онъ? „Да, Опъ помилуете, она спасется, она перенесете тяжелое огне-кро- вавое испытаніе, она превозможетъ всѣхъ своихъ враговъ, она возстанетъ съ повою силою и славою: аще бо паки возможете, и паки побѣждени бу­ дете, яко съ нами Богъ! „Кто же спасетъ святую Русь?