b000002428

— 59 топтал... Я десять очков сам вперед дам. Уже поздно то, что сейчас они проповедуют. С таро для меня!.. Вот каков я, дружок мой... — Скотина мы неумытая, русская,— с досадой сказал Федосеич.— Ни гордости , ни самолюбия своего в нас нет... Пора домой . Прощай... Ухожу. — П остой , постой ! Оставшись Алехин один, стал дремать и ты- каться в стол носом . — Отличился сынок, прославился. А еіце го- вел на-днях,— ворчала у печки струха. В селе ударили к заутрене. В окнах, словно зарница, блеснула и потухла пущенная ракета. — Молчи, мать! Я св ою линию гну. Баклажка ие пуста, еще мозгует... С ним— одно, без него— другое. Эка важность! Федосеичей я много встре- чал на свете... Дай-ка ковшичек холодной водицы. О свеж усь и пойду к заутрене. Все будет по-хо- рошему: и свечи буд у продавать, и с блюдом ходить... Не беспокойся: без Тихона Ильича не обойдутся . Еще покланяются! Раньше — заводчик Д обровольский , нынче— я!.. Село Успенское-Мухановское. 1923 г.