b000002428

- 99 - Однако Игнат не растерялся: сбросил свой рва- ный, черной дубки, полушубок, сходил за ножем и принялся свежевать. закоченевшего теленка. Развесив на шесте снятую шкуру, Игнат взва- лил тушу на приготовленную телегу, прикрыл ее рогожей и, нахлестав лошадь, тронулся в Ново- селку за сеном. — Прода ст ся—хорошо, а не продастся. чорт с ним.— думал он. Степанида после о т ‘езда брата успокоилась. —: Наконец-то избавилась от этого лешмана. Словно камень свалился с плеч. И зазвала к себе в избу проезжавшего с това- ром татарина. «Ахметка», как звали татарина все бабы, жил в соседнем селе. Пронюхав, что у Степаниды есть деньги, он уже не раз заезжал к ней побалагурить и показать новые товары. Сбросив на пол тяжёлую кипу товара, Ахметка снял св ою мягкую шляпу (обычной ермолки он уже не носил давно), вытер смуглое, оспенное лицо и протянул Степаниде руку с двумя сере- бряными кольцами на мизинце. — Наше почтение! Моей д ор о г ой невесте... — Да будет те, князь, шутить-то... Давай, по- кажь ситчику поантиресней на платье... — Я не шучу, хозяйка... Выходи за меня: вместе торговать будем. В городе лавку откроем. Куп- Цами б у д е м . . Ахметка лукаво улыбнулся и ущипнул толстую руку Степаниды. — Все люди засмеют... Што ты, што ты, го- лубчик?.. Басурманка, што ли, я за нехристя-то выходить? % 7 *