b000002397

227 1865 года. О педагогической дѣятельности его въ училищѣ сохранилось много воспоминаній. „Это былъ человѣкъ большаго ума и твердаго характера,— такъ вспоминаетъ извѣстный К. К. Арсеньевъ,—импониро­ вавшій не только намъ, но и начальству училища. Его вліяніе на насъ было велико уже потому, что ничѣмъ не уравновѣшивалось и не перевѣшивалось; онъ былъ (1849— 1855) единственный изъ всѣхъ наставниковъ и воспитателей, старавшійся узнать каж­ даго изъ насъ и до извѣстной степени въ этомъ успѣ­ вавшій. Въ его преподаваніи было много схоластиче­ скаго; онъ любилъ, чтобъ ему отвѣчали буквально по его запискамъ, не вдавался въ подробныя объясненія— но.всетаки заставлялъ насъ думать, будилъ наше со­ знаніе и совѣсть. Его не столько любили, сколько боялись; но эта боязнь была смѣшана съ искреннимъ уваженіемъ, чего нельзя сказать о страхѣ, который мы чувствовали предъ многими другими. У него были и крупные недостатки, напр. властолюбіе, вспыльчи­ вость, не исключавшая злопамятства; но тогда мыихъ какъ-то мало замѣчали,—можетъ быть потому, что къ нашему классу онъ всегда относился благосклонно (съ классомъ, намъ предшествовавшимъ, онъ имѣлъ большое столкновеніе изъ-за отказа цѣловать у не­ го руку до и послѣ ученья)4. Почти такой же отзывъ находимъ и въ воспоминаніяхъ И. А. Тютчева: „Бого­ словскій— человѣкъ ученый, былъ, какъ увѣряли, знатокомъ греческаго языка и вообще человѣкомъ от­ лично образованнымъ, но онъ поражалъ какъ быпре­ зрѣніемъ къ образованію. Такъ, если ему случалось