b000002387

Вплоть до утра кипела работа. Вплоть до свистков, скры­ ваясь от каждого шороха, крадучись, скользили из улицы в ули­ цу, из казармы в казарму две тени—Васька да Нюрка. И когда в предутренних потемках рявкнул зычный гудок, когда пробудилась к жизни пятая казарма—белые листочки пе­ стрели на всех перекрестках и призывали рабочих остаться дома. Напрасно старалась балинокая челядь, подавая гудов за гудком. В фабрику, стыдливо озираясь вокруг одиноких станков, пришел только тот, кто трусил. Тав прошел весь день. А вечером, рядом с воззванпем сле­ сарей, развешивалось об’явлениѳ «дирекции» об увеличении за­ работнойплаты... ТП Не знала пятая казарма, не предполагала Южская фабрика, забившись в трущобу сосновых лесов о том. что в тень ее побе­ ды—там. где-то в далеком Петрограде, рухнула твердыня цар­ ского режима. И вот—недоверчивый шопот в казарме. Радость на лицах, а слов-то и нет... — Ито слышно, слыпшо-то что? — Ито пишут-то?.. Приставали, как обычно, назойливые солдатки к Пухову, а тог наредвость упрямо молчал. — Да не чуть-ли про паших, про наших-те? НоПухов, точно от мух, отмахивался от баб... — Братин!—вопил во всю глотку Васьва-Бсшеный, вбе­ гая в родную казарму. — Сюда! Все сіода!—раскатывалось из конца в конецВО7 ридора. т * у г~:- і — Сво-о-обода!.. Из мрачных каморок-щелей выползали па зов мужики, ба­ бы, дети и старики и плотным кольцомобхватывали Ваську. — Радуйте^! Сво-о-обо-ода!.. 4