b000002330

И вспоминалась армия. Трижды клятые утренние подъёмы, учеб­ ные тревоги, изнурительные марш-броски с полной выкладкой... Но как это прекрасно было! Особенно пробежки по утреннему холодку. Поначалу слышится тяжёлое смыгание сапог - не успевшее ещё окон­ чательно проснуться тело противится командам. «Веселей, веселей! Раз-два, раз-два!» Вот они бегут, обнажённые по пояс его товарищи. Впереди бугрится мускулами спина приземистого Агильбекова. «Раз- два, раз-два!» Великая штука - ритм! Ты не просто один из многих - ты часть этого многого. Но выпадешь из ритма, собьёшься с шага - и на­ рушается эта связь. Хуже того - собьются, выпадут и другие. Значит, держись, солдат! Тянись! Не подводи тех, кто бежит следом. Хотя там всего три человека - кому тоже не повезло с ростом... Тело уже разогрелось, раззадорилось, вошло в азарт. Сейчас кача­ ет кровь горячими толчками, дыхание выровнялось. Чувствуешь, как тебя распирает прибывающая сила. С трудом сдерживаешь себя, что­ бы не вырваться из строя и не помчаться, обгоняя всех... Нельзя. Ибо если каждый побежит, как ему вздумается, это будет уже не солдатский строй, а толпа. «Раз-два, раз-два!» А голова такая ясная, какая бывает, наверно, у поэта или учёного в минуты озарения... В дверь постучали. - Можно? - на пороге, опираясь на костыли, стояла девушка. Ши­ роко распахнутые глаза смотрели на Андрея смело, по-деловому се­ рьёзно. - Мне сказали, что у вас третий номер «Смены». - Есть такой... - Вы ещё не прочитали? - Уже... - Андрей нехотя сгрёб кипу Журналов, освобождая стул. - Проходите, садитесь. Я сейчас найду. Девушка сделала несколько точных рассчитанных движений, вы­ нося вперёд жиденькие парализованные ноги. Перехватив костыли в одну руку и опираясь другой о спинку стула, усадила себя на дермати­ новое сидение. - Оп! - произнесла она и, повернувшись к Андрею, доверчиво улыбнулась. Андрей подивился такой непосредственности, тем не менее ответ­ но растянул губы: - А вы...