b000002298

X. С В И Д А Н И Е . а Ровно в 8 Андрей Иванович увидал озиравшегося Алданова, который, чистый, аккуратный, стоял у входа. На площади, вкруг нелепейшего с позолотой памятника Мицкевичу — французы совершенно не знали, кто это Мицкевич и почему сие важно в - пятых, — шла обычная карусель автомобилей, а над ней, на той стороне реки, торчала башня Эйфеля с ее точно жестяным флагом. Они попросили пива и Андрей Иванович прогово­ рил: — Марк Александрович, мне кажется, что вы меня немножко знаете, но я все же считаю необходимым пред­ послать нашей беседе некоторое введение,чтобы ва с ... не напугать... Он сразу схватил, что сделал ошибку: в вежливых глазах Алданова промелькнул испуг. Андрей Иванович вспомнил задевшие его слова Алданова в „Пещере" : „мало боясь в жизни подлинных опасностей (Андрей Иванович понимал, что это сказано только для красоты слога), не слишком боясь даже смерти, я неприятностей всегда боялся чрезвычайно, боялся даже общественного мнения— вот как слоны панически боятся крыс.“ И вспомнились смешки Парижа в день убийства Думерга Горгуловым, когда литераторы из-под полы разносили по русской колонии, что Алданов был так перепуган этим выстрелом, что говорил только по -французски и то только из-под дивана. „Да .. — подумал он. — Лучше не заявлять претензий на звание „слона“ , но не боять­ ся ни крыс, ни „слонов", тем более, что все они очень маленькие, его „слоны", не больше крыс . . “