b000002298

Его трясущаяся рука нащупала край ее кроватки и звуки сразу прекратились: видимо, Дарочка заробела перед чужим дёдой, а потом и расплакалась от испу­ га. Агриппина Ивановна всячески утешала ее, а его ду­ шила эта вечная ночь, как никогда: „что я жду? За что держусь? Что впереди, кроме новых бесполезных и тяжелых страданий ? . . “ Бабушка стала кормить Дарочку, а он, сгорбившись, ощупью, пошел по знакомым клетушкам. Его бывшую клет­ ку занимал теперь сын. Он сразу нащупал ночной столик, осторожно раскрыл ящик— это была одна из причин его посещения: взять свой револьвер, на всякий слу­ чай, — и вдруг почувствовал чье - то испуганное присут­ ствие около него. Он догадывался, что жена успела перехватить его добычу. Между ними пронеслось что-то вроде холодного дуновения смерти и какой - то тайны, из которых соткана жизнь, но имени которым люди не знают. Ему показалось, что он слышит даже тревож­ ное биение ее сердца и тихое, точно полет, удаление ее к Дарочке, которая заплакала опять. Ему стало труд­ но дышать. — Но это же твой дедушка... — говорила жена дро­ жащим голосом. — Не надо его бояться... Посмотри, какая у него белая, красивая борода. . . — А что же ее отец?.. — спросил он. — Неужели никогда не навещает? — Нет. И даже не справляется...— вздохнула же­ на.— Слышно, что пропивает все, что удается добыть разными фокусами... Он чувствовал на себе голубые пуговки снова успокоившейся Дарочки и ему было так тяжело, что он решил идти. .. — Но дети будут очень огорчены, что вы не по­ дождали и х . . . — жалобным голосом сказала жена.—