b000002298

ХЫ1. “ S E ID UM SC H LU N G E N , M IL L IO N E N !" Галочка шла жизнью в драгоценных мехах, с ярко накрашенными и плотно сжатыми губами, с презритель­ но прищуренными глазами, ничего не замечая, короле­ вой. О поддержании этого ее королевского достоинства и этой слепящей, последней, закатной, жестокой красоты заботились тысячи рабочих совершенно ошеломленного ею мсье Дюпюи. При новых знакомствах Галочка пред­ ставляла его так: — Мсье Дюпюи, великий философ... И мой учи­ тель. .. Наши Толстые, Бетховены, Шиллеры это просто идиоты или сумасшедшие, книги которых давным давно пора сжечь, а их при жизни надо было запереть в су­ масшедший дом. Мудрость жизни постиг только мсье Дюпюи: все для меня, а мне на все наплевать__ Дюпюи без всякого сожаления бросил для нее Зину. „Ах, она так вульгарна!.. — жаловался он своему другу графу Пестровскому. — А эта. .. эта . . . О, это та­ кая сложная, тонкая, интересная натура ! . . “ Но он не хотел быть goujat* по отношению Зины и, как джентльмен, оставил ее при фирме секретарем с хорошим жалованьем... Галочка же увлекла его на­ столько, что он не раз уже на коленях умолял ее выдти за него замуж. Но она только смеялась пре­ зрительно, окружала себя богатой молодежью, мучила его ревностью и без всякой жалости раззоряла его, „вела на хлысте", как говорила она. И чем больше мордовала она его, тем больше он обожал ее. У нее был уже свой прекрасный особняк, свой личный автомобиль, а с утра в ее передней толпились всякие несчастные — • Мужлан