b000002298

И вот в заголовке его стоят загадочные слова: айелет хашкхан — я сейчас изучаю еврейский текст. Если пере­ вести эти слова точно, это значит лань утренней зве­ зды, т. е. явная бессмыслица. Богословы говорят, что так назывался какой - то музыкальный инструмент, но это явный вздор . . . И меня одолевают смутные мысли — а, вы в ту сторону? Прекрасно, пойдем вместе . . . — смутные мысли: Утренняя Звезда это Венера, Астарта... Неужели же это как-то связано с Астартой. Непонятно, но чрезвычайно интересно. Ведь Астарта не раз „под­ нималась на высоты иерусалимские", подрывая культ Иеговы... Надо идти в библиотеку и порыться... К ак ... — А я тебе, дурню, говорю одно: читай Быкадорова!.. Мимо шли еще больше общипанные нуждой кубанцы. Большой, быкадоровец, равзязно совершил с обоими зна­ комыми рукотрясение, а маленький, Митро, вдруг весь потемнел и с Философом не поздоровался. — Что такое? — вытаращил тот глаза и поправил штаны. — В чем дело? — А чи нэ пийшли б вы к чорту?..— сказал Мит­ ро, раздувая ноздри. — И нечего вам среди наших око­ лачиваться... Потому что вы ищите своего... поган­ ства какого - т о . . Да как же—обратился он вдруг к Ан­ дрей Ивановичу, — таскается все к нашим, к хохлам то­ же и везде бубнит одно: отделяйтесь... Это как бывало у нас которые куклеваном рыбу травили: наглотается она, дура, этого яду самого, закружится и бери ее голы­ ми руками... Так и эти вот., сукины сыны... — Но вы. . слушайте. —гневно поднял голос Фи­ лософ. — И слушать неч его ...— оборвал то т .— Что ты шведом каким - то себя выставляешь, это ты дуракам го­ вори: я знаю, где эти шведы у нас жили. . . Потому я справедливый... Я правильность люблю ... Никакой ты