b000002298

X X X III. ИОСИФУ СТАЛИНУ. Иосиф Виссарионович— в далеком прошлом Вы, вероятно, знали меня: не состоя ни в какой партии, я тем не менее по мере сил боролся за лучшее будущее России на самых передовых пози циях и, если Ваши рабочие и крестьяне оказались а состоянии чи­ тать Ваши прокламации и призывы в дни великого перелома, то это потому, что они выучились читать и думать и- на моих книж­ ках для народа, которым я отдавал тогда большую часть моих сил. Не знать меня по слухам Вы не можете. Теперь я уже ста­ р и к— мне 6 1— нищий, стопроцентный пролетарий и очень хотел бы умереть у себя дома. Вы. фактический глава великой страны, может быть, оскорбитесь, что я позволяю себе обратиться к Вам с такой незначительной просьбой; для этого у советской власти есть подлежащие органы. Но, к сожалению, эти Ваши органы здесь до такой степени скованы несусветной канцелярщиной, наследием старого режима, и до такой степени запуганы центром, что даже простого дела как разрешение старику вернуться домой умирать, они сделать не могут, боятся, и топят маленькое дело в неимовер­ ных океанах бумаги с сотней вопросов, на которые я ответить про­ сто не могу: до такой степени они многочисленны и — нелепы. Я понимаю: этими фокусами они хотят нас поставить на колени, униз ить, подвергнуть экзамену в покорности, но разрешите старику отклонить от себя это испытание в низости и напомнив Вам о том времени, когда преследовали и мучили Вас, просить Вас пустить меня домой просто. Я никогда не был коммунистом, но я точно также никогда не считал, что то, что Вы осуществляете в России, есть коммунизм. Самое простое и самое точное определение коммунизму дано в Дея ниях апостольских, а строках о иерусалимской общинке, во главе которой стоял брат замученного Иисуса. Иаков. Может быть. Вы помните его: члены коммуны сносили все свое достояние к " ногам апостолов", все у них было общее и никто ничего не называл сво­ им. Общинка эта в великой нищете, и сварах просуществовала очень короткое время и окончательно погибла при разрушении Иерусали­ ма Титом В молодости я участвовал в нескольких попытках осу­ ществить заветы коммунизма в России в интеллигентских поселе­ ниях „на земле", во главе которых часто становились толстовцы Одна из таких попыток описана мною в моем большом романе „Живая Вода". Ничего у нас из этих попыток не вышло— как я у других. Все кончалось — развалинами. И сказать, что ваши ди­ пломатические дамы в туалетах от парижских шикарных портных — я сам видел их не раз в Берлине, на Вестене. в шикарных ресто­ ранах. — есть „коммунистки", я, конечно, не могу. Никакого ком мунизма не было и нет. Вы только что повелели распустить ста­ рые организации политкаторжан, старых коммунистов, теперь