b000002298

взял бы ее Толстой? И для этого совсем не надо быть Толстым: мужик Платон Каратаев из безвинных страданий и смерти купца на каторге сделал жемчужину несказанной красоты. Так и из моей встречи на склоне дней с Галочкой надо создать, выявить скрытую красо­ ту, которая во всем: это и будет моей молитвой, хотя и осталась бы она для мира неведомой, как остался неве­ домым гимн св. Деве старого отшельника, изображенно­ го Беклиным.. . “ — Но, может быть, вы сделаете некоторый перерыв в ваших гимнах черной даме?— поджимая сухие губы, сказала жена. — Я хотела бы переговорить с вами по делу... Из этого он понял, что она, как всегда, рылась в его бумагах. — О чем именно? — спросил он коротко. — Теперь, когда Зина уехала от нас... — Как? Она уехала совсем? Почему же она не ска­ зала мне этого прямо? — Но чтобы не слышать всех этих ваших жалких слов...— пренебрежительно отвечала Агриппина Ивано­ вна, сверля его злыми глазенками.—Вы не сьумели, как другие, создать для вашей семьи обеспеченной и прият­ ной жизни — бедная девочка должна сама думать о себе Какое удовольствие прожигать молодые годы в нищете и тесноте ? .. — Так что же, она поступила на содержание к этому фабриканту, что ли? — Не знаю .. — холодно отвечала жена. — Она гово­ рит, что пока она прекрасно устроилась А раз ее нет, то нет нам никакого смысла жить вместе. Я совсем не желаю быть вашей femme de menage* тем более, что ваши смешные воздыхания по этой жидовочке давно уже * Приходящая прислуга. ‘"Неглубокоуважаимые' 265