b000002298

XXV I. П Е С Н И З Е М Л И . По улицам мокрого и туманного Парижа появились большие афиши, извещавшие всех, что начинается серия бетховеновских концертов. Это было бы праздни­ ком, но с заработками было очень плохо и Андрей Иванович абонемента взять не мог. Он купил себе билет на тот день, в который давались как раз две его любимых симфонии, седьмая и восьмая. Последний раз он слышал их в Берлине, на генеральной репетиции Клейбера, когда тот, захваченный необыкновенной кра­ сотой скерцандо аллегретто, вдруг крикнул в тон музы­ кантам : — Сосредоточение! .. Сосредоточение.. Не думайте ни о чем другом! . И вспомнились живо тогдашние думы его при виде неудержимо зевающей виолончели: да, да, из слабости нашей растет чудо красоты — так в древние годы тем­ ные, потные, сквернословящие рабочие воздвигали не­ сравненный Парфенон И вот он уже в огромном, ярко освещенном зале. Вокруг блестящий рой гудящих трутней. Он из всех сил старается удержать в себе те мысли, которые все­ гда отравляли для него такие концерты, мысли о том, что все это снобизм, что 99% всей этой публики пришли сюда только потому, что на афишах имя Бетховена было напечатано очень крупными буквами и для того, чтобы небрежно сказать где-нибудь, что вот они были на Бетховене. Он знал очень четко огромность лжи, зали­ вающей царство искусства. Он знал даже весь ритуал