b000002298

Вайнштейн, как человека в этих делах исключительно ловкого. Не зная, с кем он имеет дело, он написал ему о деле открыткой, которую начал обычным „милостивый государь" . Это так поразило мсье Вайнштейн, что ста­ рик просто придти в себя не мог: так назвали его в п е р в ы й р а з в жи з н и . И он все разводил гряз­ ными руками и в блаженном недоумении повторял: — Нет: милостивый государь!.. А ? И лицо его в непромытых морщинах расплывалось в непостижимой улыбке... — А вот что г. Булановский в конце письма припи­ сал „готовый к услугам" , в это я не верю. . .— со своим смешным акцентом говорил он убежденно. — Это так только говорится: к услугам не готов никто. Но милости­ вый государь это — да ! . . И он снова блаженно та я л ... Теперь он по пути зашел узнать, нет ли какого про­ дажного тряпья. Тряпья не оказалось: нужно самим. — А вот нет ли у вас, мсье Вайнштейн, на примете подходящей комнатки, подешевле, хотя бы на мансарде, но только чтобы не было слышно радио или пианино, потише. .. Мсье Вайнштейн уныло посмотрел на Андрея Ивано­ вича своими больными, красными глазами и покачал на его экстравагантные требования головой: — Таких вещей теперь на свете не бывает... Впро­ чем,— вспомнил он вдруг милостивого государя, - я по­ стараюсь, постараюсь. Он уважительно пожал руку Андрея Ивановича своей грубой, похожей на нестроганную доску рукой и, уныло сгорбившись, поплелся снова по своим делам. Андрей Иванович сел - было у Коли записать своего „Черного Ангела" , но неподалеку в старинной церкви начали почему-то звонить и он должен был бросить