b000002298

почтенный писатель находится в том старческом возрасте, когда такие воспоминания подменяют прежние возмож­ ности. Подхалимы тотчас же взялись взапуски вос­ хвалять пышные будто бы одежды совсем голого короля: Бунин всегда изумительно играл роль литературного генерала и все верили ему, что он действительно гене­ рал. Раз как-то встретился я тут с членом Государствен­ ной Думы бароном Э. Разговорились. Спрашиваю: ну, что наш Бунин? „Как всегда: обижается.. . “ —улыбнулся он. „На что?“ „На все: на то, что его не так приняли, на то, что в собрании не его выбрали председателем, на то, что ему вообще не оказали никаких знаков поддан ничества. . . “ Бедная, сумасшедшая голова ! . . Увидав, что „Митина Любовь** взяла, он осмелел и взялся переска­ зывать то же самое пустое место под новым соусом. „Арсеньев" это: та же орловская обстановка, тот же в Центре барчук, бездельник и пакостник, то же бездонное, вылощенное пустословие. . . “ Андрей Иванович вдруг опустил свои листочки и закрыл на мгновение рукой оба глаза. Все с недоуме­ нием переглядывались... — Извините, господа... Маленькая неприятность... — проговорил он грустно. — У меня минутное ослепление: золотые мухи в глазах. Это у меня иногда бывает... Разрешите объявить десятиминутный перерыв. . . Это сейчас пройдет... А вы пока отдохните, покурите... А мне я попросил бы холодный компресс на гла за ... Все поднялись. Раздался нестройный шум толпы. И в то время,,как несколько добровольцев хлопотали вокруг Андрея Ивановича, который все закрывал глаза, Другие обменивались впечатлением от доклада. — Но это просто... провокация... — неуверенно сказал торговец живым товаром, с негодованием огляды­ ваясь вокруг себя. Что такое провокация, он, кончивший