b000002298

русских писателей и дон Педро. Да разве когда бывали балы не только Толстого или Достоевского, но даже ма­ ленького Короленко? И это воззвание Алданова А было напечатано как раз в том номере газеты, в котором был помещен и отчет г. Цвибак о бурном заседании парла­ мента, во время которого с достаточно продажной и до­ статочно запачканной трибуны парламента раздались отчаянные крики о необходимости так или иначе изба­ виться, наконец, от тлетворного влияния в обществен­ ных делах всех этих „писателей и журналистов" или, как кричали в этот же день на улицах Парижа студенты, „воров и убийц "... В скептицизме надо идти до конца — как „Мыслитель" на Notre Dame. И прежде всего для себя. Величественно - грозно звучит старое „а что есть истина?", но если нам станет известно, что эти слова были произнесены для очередного номера газеты, то от них не останется ничего... Пусть все — и скоро — кон­ чается могилой, но в руше нашей все же живет какое- то странное чувство, что, несмотря ни на что, н а д о пройти жизнью твердо, независимо, красиво . . В взмя тенной бурями душе Алданова очень земной и не очень дорогой Иаков борется с Богом, мелкий и пошлый мир А с глубоким и прекрасным миром Б. Я слышал от са­ мого Алданова, что он бросает литературу, чтобы посвя­ тить себя химии. Я не верю этому: кто пил — пить бу­ дет, говорит фр*анцузская поговорка: И не только не ве­ рю, но и не желаю этого ухода в пещеру химии, а же­ лаю я, чтобы Алданов Б скорее поверг во прах Алдано­ ва А и тогда мы будем счастливы вписать в ,,анналы“ Русской литературы еo е одно крупное имя . . .“ Бледный, усталый, он чуть поклонился. Аудитория ответила жидкими, неуверенными хлопками. Конечно, хорошо, что он разделывает паршивых соци, но все же и у него нет определенных устоев, царь, там, вера 129