b000002298

оглушительная затрещина Ленина буржуазному миру тоже открыла ему широкий вход во все императорские дворцы и ко всем сейфам, которыми — отмечу с полным беспристрастием—он лично не воспользовался... Алла­ нов А пока что предпочитает равняться по тому цензур­ ному комитету, о котором упоминал тут мой предше­ ственник, г. Бурлаков. Я думаю, что Алданов А жестоко ошибается. „Но я думаю, что прежде чем говорить об Алданове, как о наблюдателе жизни и философе, следует сказать о его средствах, следует посмотреть на него, как на художника. Скажу без оговорок: его стремление в об­ ласть романа я считаю самой роковой его ошибкой. Он художник очень слабый, он совсем не романист: его политические портреты, его исторические странички бесконечно выше его романов,' хотя его сотрудник по работе в „Посл. Нов.“ , г. Цейтлин, и позволил себе в этой газете провести параллель между не-романом Льва Толстого, как „Война и Мир“ , и не-романами Алданова историческим и современным. Такие выходки доказы­ вают только очень доброе сердце у г-на Цейтлин, кото­ рый в такие трудные времена готов на все, чтобы под­ держать товарища, и большую.. . развязность этой газеты, не брезгающей никакими средствами для превознесения своих сотрудников, т. е. самое себя. Я думаю, что г. Цейтлин в данном случае поступил немножко, как кры­ ловский медведь, сгонявший муху со лба пустынника - друга .. (Движение. Глухой голос в глубине: " ну, жид жида не выдаст ! . . “ ) Разумеется, делать Алданова от­ ветственным за это нельзя .. Его приятели - литераторы на ушко, между собой называют его историческую тетра­ логию „шашлыком": на вертел своего главного героя Штольца — отметим, что он, как и герои его второй, современной серии, Браун, носят не русское имя, как не