b000002298

что с Бреннера итальянцы не уйдут, что Сталин выпил рюмку водки за беспартийных партийных, что князь С. Волконский очень одобряет какую-то блондин­ ку в каком-то фильме, что кн. Вяземский очень одоб­ ряет какую-то английскую лошадь, что кн. Барятинский вспоминает о былой клубничке, что кто-то кого-то так ловко двинул по морде, что сразу стал чемпионом мира и огреб невероятные деньги, что Косоротов очень хоро­ шо натирает полы, что госпожа занимается переводами, что листок Милюкова в Палестине можно иметь там - то, а в Болгарии там-то, что поздняя обедня в Аньере будет то гд а -то ... Андрей Иванович почувствовал, как всегда, что им овладевает нестерпимая одурь, но он по привычке скользнул глазами в фельетоны, которых бы­ ло, как всегда, несколько: во - первых, это были записки какого-то бывшего большевика, который, чтобы угодить новой аудитории, из кожи лез вон, чтобы доказать, что Россия теперь это дантов ад, во - вторых, были нудные научные изыскания Ю. Делевского — злые языки звали его Иуделевским,— в-третьих, взгляд и нечто вдребе­ зги изболтавшейся старицы Кусковой, которая делала очередной выговор большевикам за то, что они правят совсем не так, как это нужно, и наконец, в - четвертых, дурацкий сыщицкий роман „Роковая Змея“ . Среди ядо­ витых газов, источаемых этими нудными столбцами, в глаза Андрею Ивановичу бросились строки старицы Кус­ ковой: „ . . .Другие, напротив, рисуют блаженное благополу­ чие— чистоту и святость русской жизни — в прошлом. Так бы все и шло без сучка, без задоринки, если бы не агитация неизвестно откуда взявшихся супостатов, погу­ бителей этой честной и святой жизни, если бы не Гер­ цены, Писаревы, Чернышевские, Михайловские, Милю­ ковы и прочие властители дум русской интеллигенции.. . “