b000002295

будетъ 3440 уже теперь . . . Въ одинъ день . . . А мы за годъ 1700 взяли . . . — Да что тамъ! . . — захлебывался другой. — Яг считалъ камни, которые они у дѣвокъ покупаютъ, и повѣ рите ли, со счету сбился . . . Простой камень изъ Канжа, а на немъ стриженая дѣвка .Прорва* намалевала или цвѣ токъ тамъ какой или другую пустяковину, а ты пять фран­ ковъ ей, шлюхѣ безстыжей, отдай . . . За простой ка мень . . А открытокъ, открытокъ этихъ пишутъ — не есть числа . . . Сказывали, на почтѣ два раза ящикъ ужъ] опорожняли, а они знай тебѣ пишутъ . . . — Нѣтъ, нѣтъ . . . — сокрушенно качалъ лысой го -| ловой третій. — Нѣтъ, не они, знать, дураки-то, а мы . . , | И были эти слова для гордаго мэра какъ ударъ от равленнаго ножа въ самое сердце. И потому, когда тор жествующій, сіяющій, г. Лемюгэ. проходя деревней съ ве-' седыми гостями, зашелъ къ нему въ .Зеленаго Оленя* промочить горлышко, — дамамъ очень хотѣлось испробо вать, какъ это пьютъ въ деревенскихъ кабачкахъ, — мэръ* сразу почувствовалъ себя динамитной бомбой. — Такъ что же, берете вы мои дубы, которые вы сторговали, или нѣтъ? — ставя предъ гостями старинныя кружки съ пѣннымъ пивомъ, грубо саросилъ онъ г. Лемюгэ. — Нѣтъ, теперь мнѣ срубать ихъ не хочется, мой до­ рогой мэръ . . . — отвѣчалъ развязно г. Лемюгэ. — Они такъ хороши, эти патріархи лѣсовъ, съ терассы нашего кафе ! . . Прямо не насмотришься . . . Снять ихъ значило бы совсѣмъ испортить весь видъ . . . — Ага . . . — злорадно отвѣчалъ мэръ и, злорадно раздувъ ноздри, отошелъ прочь. — Вамъ чего нужно ? — обратился онъ къ вновь вошедшему шоферу, который только что презрительно опустился за одинъ изъ столи- ковъ. Тотъ значнтелъно помолчалъ, обдумывая. Мэръ съ ненавистью глядѣлъ въ его подбритый затылокъ. И весь точно отлакированный франтъ, наконецъ, презрительно процѣдилъ: — Пива . . . Онъ ѣздилъ на громадномъ Мерседесѣ и поэтому чрезвычайно себя уважалъ, а міръ презиралъ. Мэръ швырнулъ ему пива . . . Г. Лемюгэ подмигнулъ на старика своимъ гостямъ. Всѣ они знали уже, какъ ловко г. Лемюгэ обдулъ мэра. И засмѣялись . . . А у пещеръ и у „Прорвы* шелъ попрежнему дымъ коромысломъ. Автомобили все подъѣзжали. Утомленные^