b000002295

Наканунѣ торжественнаго дня открытія пріѣхало нѣ­ сколько развертистыхъ дѣвицъ съ очень красными губами, съ очень черными бровями, съ очень бѣлыми руками и шеями. Г. Лемюгэ, вдали отъ своей нѣсколько костлявой супруги, въ укромныхъ уголкахъ пощипывалъ то ту, то другую и дѣвицы очень одобряли эти знаки вниманія со стороны г на главнаго директора акціонернаго общества „Прорва". Немалый успѣхъ имѣлъ среди нихъ и озорной и веселый Бонвуазэнъ . . . И напряженіе все наростало в наростало. Крестьяне съ одной стороны нетерпѣливо хотѣли знать, какъ все это у чертей выйдетъ, а съ другой стороны хотѣлось имъ, чтобы какой-нибудь случай испор­ тилъ окаяннымъ всю ихъ музыку. И, когда, наканунѣ праздника, вечеромъ, западъ затянуло нѣжно-вишневыми тучками, многіе обрадовались: вотъ бы дождичка да по­ спорѣе I . . Въ горномъ краю этомъ дождь явленіе обыч­ ное, а солнечные дни не часты. Обратились къ куму Паспарту: онъ со своими ревматизиами служилъ для де­ ревни живымъ барометромъ. Но кумъ Паспарту, хрипя в стеная, дождя не обѣщалъ никакъ . . . И, дѣйствительно, утро занялось удивительное: яркое, все въ брилліантовыхъ розсыпяхъ росы, душистое, свѣжее. | Радость безпредметная, радость только отъ одного ощѵще-1 нія въ себѣ жизни, заливала всѣ живыя сердца. Но — | поселяне проснулись хмурые . . . И сразу всѣхъ, точно магнитомъ, потянуло къ проклятымъ пещерамъ . . . Подошли и — ахнули! Входъ въ пещеры былъ весь разубранъ пестрыми, веселыми флажками и для какой-то надобности затянутъ, гирляндой изъ послѣднихъ полевыхъ цвѣтовъ. Въ одномъ изъ хорошенькихъ кіосковъ дѣвица съ огненно красными губами готовилась продавать открытки съ видами С.-Жоржа, а въ другомъ, напротивъ, другая дѣвица съ тоже очень красными губами раскладывала размалеванные камушки- сувениры, а въ третьемъ двѣ красавицы разставляли по полочкамъ лимонадъ, пряники, шоколадъ, конфекты, си­ ропы и всякую всячину. И всѣ эти дѣвицы были разо­ дѣты въ пухъ и прахъ, вродѣ проводниковъ: коротенькія юбочки, тѣлесные чулочки, башмачки, обнаженныя до плечъ руки, въ волосахъ цвѣты — ну, точно вотъ съ какой открытки сорвались I . . И г . Лемюгэ крутился среди нихъ, подталкивалъ, подыигивалъ, ущеылялъ . . . И дѣвицы в с е | это очень одобряли и требовали еще и еще. А у пушки стоялъ словно неживой, словно кукла, хорошенькій калъ-1 чонка лѣтъ 10 въ костюыѣ проводника, съ сѣро-зеленой