b000002295

— Сергѣй Павловичъ, сколько разъ говорила я вамъ... — Те те-те . . . — загудѣло могуче. —Именинница то вы разъ въ году только — можно и раскошелиться. Ка­ терина Александровна, принимайте . . . Катя съ улыбкой приняла отъ него большой тортъ. Графиня ввела гостя въ свои салоны. Онъ былъ ог­ роменъ. Сразу стало всѣмъ тѣсно, но въ то же время какъ-то тепло и мягко. 0«ъ раскланивался на всѣ стороны, какъ ученый медвѣдь, и басъ его сотрясалъ все. Графиня ласково смотрѣла на него своими сѣрыми, влажными гла­ зами и вспомнилась ей далекая уже молодость и желѣзныя святочныя ночи, и перезвонъ, и визгъ, и полетъ троекъ, и звонъ бокаловъ, и этотъ милый медвѣдь, который такъ лихо плясалъ съ ней тогда русск\ю. Богатѣй-сибирякъ, говорившій по французски, какъ французъ, и по-англійски, какъ англичанинъ, онъ жилъ раньше широко и весело . . . — Но только чтобы вы больше не смѣли роскошест­ вовать, Сергѣй Павловичъ . . . — повторила графиня. — А то я резсержусь уже окончательно . . . Право, не хорошо... — Ну, графиня, милая, не замайте . . . Какъ-нибудь про­ вертимся ужъ . . . А если себѣ такъ во всемъ отказывать, то лучше ужъ камень на шею да съ моста Александра III въ Парижѣ въ Сену. . . Вѣдь вонъ и вы коньячку намъ, грѣш­ нымъ, купили . . . И опять все это вышло у него такъ мягко, упорно и убѣдительно, что графиня только рукой махнула: — Ну, вы хоть басъ то свой сдерживайте немножко, а то хозяйка выгонитъ всѣхъ насъ на мостовую! .. — А вы что-то осунулись графиня... — сказалъ князь. — Сколько людей валяются теперь съ этимъ самымъ грип­ помъ . . . — Нѣтъ, я совсѣмъ здорова . . . — отвѣчала именин­ ница. — Только вотъ безсонницей все страдаю отъ про­ клятой ариѳметики . . . — Отъ ариѳметики? — удивился Гвоздевъ. — А вы, что же, не знаете нашей бѣженской ариѳме* тики? — усмѣхнулась графиня. — А я по ночамъ другого занятія и не знаю. Лежишь и считаешь: осталось 20 фун* товъ да чешскихъ кронъ 400 да семь долларовъ — сколько всего тутъ будетъ? Подсчитаешь и обомрешь. . . ну, я сей­ часъ чай принесу . . . — Нѣтъ, нѣтъ, схожу я, а вы посидите . . . — сказала Катя и ушла.