b000002295

ленный, на трехъ ногахъ диванъ и одинъ тубаретъ. Костикъ, сынъ графини черноватый, чрезвычайно нервный мальчикъ, чуть не пятнадцати лѣтъ попалъ въ Корниловскій полкъ, былъ весь израненъ, отбылъ Галлиполи и ужасъ мѣдныхъ рудниковъ Перника, и только недавно вернулся сюда, въ университетъ, гдѣ его поддерживали іезуиты. Костикъ по­ могалъ Катѣ собирать угощеніе и слегка хмурился на Сер­ гѣя Ивановича Воронцова, между которымъ и Катей онъ чувствовалъ точно флюиды какіе неуловимые. Въ комнаткѣ густо и горько пахло прѣлью, сыростью и известкой и графиня рѣшила немножко протопить. Она присѣла къ крошечному камину, въ которомъ были сло­ жены березовые сучья изъ желѣза съ проверченными въ нихъ дырочками. Не успѣла графиня поднести къ нимъ спичку, какъ по нимъ сразу вспыхнули крошечные огоньки. Было довольно похоже на отопленіе, но въ комнаткѣ за­ пахло газомъ. Генералъ губернаторъ насторожился. — А вы не взорвете насъ, графинюшка? — опасливо принюхиваясь, спросилъ онъ. — Ахъ, вотъ хорошо бы ! . . — засмѣялся князь. — Разъ и всмятку . . . — Хорошо, если всмятку . . . — сказалъ генералъ-гу­ бернаторъ. — А если только наполовину ? Благодарю по­ корно . . . — Ничего, ничего, не бойтесь . . .— сказала графиня. — Я всю зиму топила такъ и, видите, жива . . . Она покрутила какой то винтикъ, язычки стали по­ больше, изъ камина замѣтно потянуло тепломъ. Стало еще больше похоже на отопленіе . . . Въ передней звяк­ нулъ звонокъ. Катя опередила графиню и отперла. И сразу маленькая передняя и вся квартирка налилась гу­ стымъ басомъ. — Нѣтъ, нѣтъ, безъ лифта невозможно! . . Едва дышу — уфъ . . . Здравствуйте, Екатерина Александровна, красавица . . . Графиня, милая, съ ангеломъ. Ангелу златъ вѣнецъ, а вамъ добраго здоровьица, какъ говаривали у насъ въ Россіи . . . Ручку пожалуйте . . . — Нѣтъ, тѣтъ, руку цѣловать я теперь никому не даю . . . — заложила графиня руки за спину. — Угольная пыль, огрубѣли . . . — Не войду въ ваши салоны, пока не удостоите . . .і Такъ то вотъ! . . А это вотъ дозвольте отъ чистаго сердца . . . Увы: не абрикосовскій, но, кажется, ничего себѣ . . .