b000002295

„Прорва", образуетъ здѣсь одну большую н братскую семью ( . . Разразилась овація, которой не запомнятъ даже старо­ жилы. Со всѣхъ сторонъ на вдохновеннаго оратора свѣ­ тились братскія улыбки, со всѣхъ сторонъ призывали въ братскія объятія, со всѣхъ сторонъ тянулись къ нему пѣ­ нистые братскіе бокалы. Румяное лицо его побѣдно сіяло и губы невольно складывались сердечкомъ, чтобы при­ вычно засвистать, но онъ понималъ торжественность мо­ мента и свои сильно поднявшіяся въ втотъ торжественный моментъ акціи, и сдерживался. Докторъ Дюфуръ въ сума­ тохѣ заглянулъ въ рисунки г, Гольдштейна на меню, под­ нялъ въ полномъ отчаяніи глаза въ потолокъ и повернулъ было меню лицевой стороной на скатерть, но сосѣдки дамы заинтересовались, попросили доктора показать имъ, что тамъ было, и тотъ, пожавъ плечами — .ну, что вы хотите, чтобы я дѣлалъ съ втимъ человѣкомъ?!” — пере­ далъ меню дамамъ. И оно пошло вдоль стола и всѣ лукаво смѣялись на смущеннаго г. Гольдштейна . . . Но онъ, несмотря ни на что, свое дѣло зналъ тонко. — Я полагаю, господа, что я выражу общее и горячее желаніе всѣхъ — вставъ съ бокаломъ въ рукахъ, прогово­ рилъ онъ убѣдительно, — если въ втотъ моментъ общаго подъема духа, апогея, такъ сказать, нашей дружеской бе­ сѣды, я снова и снова провозглашу здравицу въ честь главнаго виновника нашего торжества, виновника, незаслу­ живающаго никакого снисхожденія, нашего уважаемаго и дорогого друга, нашего неутомимаго, самоотверженнаго и геніальнаго г. Лемюгэ! . . Чья-то рука махнула на терассу. На терассѣ грянулъ побѣдно оркестръ. Въ залѣ началось неистовство. Напрасно г. Лемюгэ, стыдливо краснѣя, пытался умолять жестами рукъ, выраженіемъ лица, всей фигурой, чтобы оставили его друзья все это, чтобы пощадили его скромность — бѵря восторговъ неистовствовала. И онъ. дѣлать нечего, покорно принялъ на свои плечи выпавшій ему жребій и, разводя руками, кланялся на всѣ стороны, всѣмъ своимъ видомъ показывая, что онъ ни въ чемъ втомъ рѣшительно не виноватъ. Постепенно все успокоилось. Всѣ съ улыбкой погля­ дывали одинъ на другого, какъ бы взаимно приглашая из­ винить этотъ взрывъ невольнаго энтузіазма . . . Г. Лемюгэ, сдерживая вполнѣ понятное волненіе, пригласилъ тѣхъ, которые уже видѣли прекрасныя пещеры и, ыожетъ быть, теперь чувствовали себя неыного утопленными, перейти