b000002295

на выручку. Посредствомъ огромнаго лопуха н собствен я наго передника она привела ботинки барыньки въ болѣе! или менѣе пристойный видъ и дамочка, въ полномъ востор-І гѣ, отвалила ей за услугу 5 фр. А когда партія туристовъ! въ сопровожденіи Робера, — парень совсѣмъ что-то за щ вялъ, — тронулась къ „Прорвѣ- , кума Паспарту украдкой, | сама вся удивленіе, показала свою добычу въ кулакѣ дру-і гимъ старухамъ. Всѣ были поражены безумной щедростью,;, горожанки и все всплескивали руками: — Вы только подумайте I . . А? . . пять франковъ!., ъ Нѣтъ, вы только подумайте! И вдругъ кума Паспарту щелкнула себя сухой ла-! донью по лбу: — Старухи . . . Всѣ . . . З а мной . . . Созывайте | всѣхъ старухъ ко мнѣ . . . И живо . . . Кума Паспарту славилась своей изобрѣтательностью изстари и потому всѣ разомъ засуетились и устремились за ней. На сухомъ лицѣ ея горѣло вдохновеніе. Но, поджи­ дая другихъ старухъ, она молчала. И когда всѣ собрались у нея въ садкѣ, среди обвѣшаннныхъ краснобокими ябло­ ками старыхъ яблонь, она съ горящими глазами начала: — Старухи, слушайте . . . Выходъ изъ пещеры одинъ... Горожане выходятъ всегда изъ-подъ земли грязнѣе всякой свиньи. И мы, старухи, должны придти на помощь ближ­ нему. Подумайте: пять франковъ! . . Мы возьмемъ каждая по тряпкѣ и по щеткѣ и займемъ дорогу. Хочешь-не хо­ чешь, а мимо насъ не пройдешь и совѣсть не позволитъ не почиститься . . . Всеобщее одушевленіе охватило всѣхъ старухъ. Онѣ смотрѣли на пылающую воодушевленіемъ куму Паспарту, какъ на героя. И, снова взмахнувъ своей длинной костля­ вой рукой, она продолжала: — Но этого мало, старухи! . . Горожане любятъ, что­ бы у насъ все было какъ почуднѣе. Посмотрите на дѣвокъ, которыхъ они вездѣ понасажали . . . Вотъ и всѣ покопай­ тесь въ своихъ сундукахъ — у всякой найдтся старье какое нибудь. И накручивай всякая на себя всего, только бы почуд­ нѣе—имъ любо, когда у насъ что нибудь, не какъ у людей, окажется. . . А завтра по утру, къ началу хода въ пещеры, всѣ у меня собирайтесь. Но только чтобы обязательно какъ почуднѣе . . . И каждая стулъ съ собой захвати . . . И по всѣмъ чердакамъ и амбарушкамъ поднялась ѣд­ кая пыль: старухи раскапывали всю свою рухлядь и при­ мѣривали ее на себя и бѣгали одна къ другой и совѣща­ лись и забросили всѣ дѣла свои. На другой же день кь