b000002293

Ваня какъ то къ слову спросилъ Павлова, что значатъ эти непріят­ ныя перемѣны въ историкѣ и тотъ, поколебавшись и значительно пони­ зивъ голосъ, сказалъ таинственно. — Онъ все отступаетъ отъ программы. Костя и боится — онъ вѣдь дѣйствительный статскій совѣтникъ, чиновникъ, — какъ бы онъ не сталъ намъ говорить чего насчетъ . . . революціи . . . Ну, и того . . . Ваня широко раскрылъ глаза: такъ вотъ оно что ! . . Но въ это время швейцаръ Иванъ своимъ звонкомъ возвѣстилъ при­ ходъ урока математики . . . XXVI. Осторожно оброненныя Павловымъ слова взбудоражили Ваню и онъ съ нетерпѣніемъ ждалъ на другое утро Павлова, чтобы разузнать все обстоятельно насчетъ революціи, которую тайно отъ Кости готовилъ имъ историкъ, но Павловъ не являлся въ училище ни въ это утро, ни въ слѣдующее, — пришелъ онъ только недѣли черезъ три, исхудавшій, съ ввалившимися глазами и отъ него нельзя было добиться ни единаго слова. Онъ былъ тутъ, но точно ушелъ куда-то вглубь. . . И ребята какъ-то узнали, что у него умеръ отецъ. Отецъ Павлова, Платонъ Герасимовичъ, служилъ приказчикомъ въ старозавѣтной лѣсопромышленной фирмѣ гдѣ-то за Краснохолмскимъ мостомъ. За женой онъ взялъ небольшой домикъ на Балканахъ, гдѣ бы­ ло всего четыре квартиры. Одну изъ нихъ занималъ онъ самъ, а три сдавалъ и скромный доходъ этотъ вмѣстѣ съ жалованьемъ позволялъ ему кое-какъ сводить концы съ концами. Квартирка ихъ состояла всего изъ трехъ небольшихъ комнатокъ и чистой, теплой кухоньки, въ кото­ рой тихо возилась съ утра Анѳиса Ивановна. Среди неопрятной бѣдности и безобразія этой бѣдной части Москвы квартирка Павловыхъ казалась какимъ-то свѣтлымъ островкомъ мира и благообразія. Все въ ней было какъ-то на своемъ ,отъ вѣка предопредѣленномъ мѣстѣ и точно улыба­ лось тихою улыбкой. Зальце было, конечно, бѣленькое, съ тюлевыми за ­ навѣсками, и въ чинномъ порядкѣ стояли тамъ вдоль стѣнъ вѣнскіе стулья, а на столикѣ предъ диваномъ аккуратно лежалъ на своемъ мѣ­ стѣ семейный альбомъ и стояла никогда не зажигающаяся торжествен­ ная лампа съ искусственной птичкой на стеклѣ; на окнѣ цвѣла пахучая герань и звонко заливалась съ утра своей веселой пѣснью желтенькая канарейка. Рядомъ съ зальцей была маленькая комнатка Алеши. У него было много книгъ, купленныхъ на Сухаревкѣ у букинистовъ за дешевую цѣну и со стѣнъ значительно смотрѣли всякіе писатели. Рядомъ — спаль