b000002292

— Нѣтъ, спасибо, милый... Я хочу сегодня немнож­ ко поработать. А, можетъ быть, мы лучше сдѣлаемъ такъ: днемъ каждый займется своимъ дѣломъ, а кт. вечеру поѣдемъ на питомники, а оттуда ко всенощной... — Великолѣпно! — воскликнулъ Сергѣй Ивановичъ, какъ то сразу оживая. — Кстати я для «Вѣстника Лѣ­ соводства» статью свою пока закончу, — ужасно она у меня залежалась. . . — Ну, вотъ видишь, какъ все хорошо выходитъ . . . А завтра мы съ Гаврилой рѣшили попробовать моло­ дыхъ пойнтеровъ. . . Ты какъ на этотъ счетъ? — Съ большимъ удовольствіемъ. . . Отличный па­ рень у меня этотъ Гаврила. . . — Великолѣпнѣйшій!.. — Ну, такъ пока будь здоровъ. . . — Будь здоровъ, милый.. . Не забудь прислать Ваню поздороваться. . . — Не безпокойся, онъ и самъ не забудетъ! Ты ка­ рандашъ ему, что ли, какой необыкновенный обѣщалъ? Цѣлое утро только о немъ и разсказываетъ. . . — А, да, какъ ж е . . . Дамъ, дамъ. . . Сергѣй Ивановичъ, немного повеселѣвшій, ушелъ къ себѣ, а Иванъ Степановичъ перешелъ къ своему рабочему столу и взялся за свое любимое дѣло. Но­ ваго онъ теперь почти ничего не писалъ, но усидчиво готовилъ послѣднее, уже посмертное собраніе своихъ сочиненій и все исправлялъ и дополнялъ свои обшир­ ные мемуары. Въ собраніи сочиненій онъ не столько выправлялъ разныя несовершенства, сколько выбрасы­ валъ все злое, все раздражающее, все недоведенное до точки: пусть послѣ него останется не сорокъ томовъ непремѣнно, а хотя бы только четыре, но чтобы это было самое лучшее, что имъ было за его жизнь созда­ н о . . . Но не успѣлъ Иванъ Степановичъ найти нуж­ ную ему папку, какъ дверь отворилась и въ комнату вбѣжалъ черноголовый Ваня, мальчикъ лѣтъ четырехъ, очень похожій на отца.