b000002288

Архимандрит, высокий, плотный старик с умныи, точно что выжидающии, но грубоватыи, мужицким лицом приветливо поздоровался с Ваней и пригласил его отку- шать чайку и закусить: на большом столе, в углу поместительной, чистой и по - монастырски уютной ком- наты уже кипел самовар, стояли бутылки аппетитной домашней настойки, всякие закуски и чуть парила румяная, вкусно пахнущая кулебяка, прикрытая искуссно расшитым какою-нибудь благодетельницей полотенцем. В узкие окна врывались снопы яркого солнечного света и теплыми пятнами рдели и искрились на самоваре, на бутылках, на блестящем полу, на наперсном кресте за- езжего батюшки - миссионера из „новых", в шелковой рясе, с коротко остриженными волосами, с чему-то смею- щимися глазами. Рядом с ним сидела стриженая, похожая на курсистку, здоровая и румяная матушка, умевшая очень мило играть на рояле и, повидимоиу, большая хохотушка. Всю дорогу сюды они ехали „по знакоиству" в первом классе, на станциях хорошо ели и пили, а после батюшка курил хорошо пахнувшие папиросы и шутил и смеялся с пассажирами. — Ну, пожалуйте, пожалуйте — сочным баском приглашал игумен. — Герасия Иваныч, что же ты ? — обратился он к худому, костлявому мужчине в сюртуке, с жидкой бородкой на морщинистом лице, который, сидя в сторонке, внимательно читал какую - то бумагу. — Благгдарю покорно, отец Иероним, сию мину- т у ю ...— слегка привстав, отвечал тот, не отрываясь от чтения. — Пожалуйте . Чем Бог послал. Помолившись на бесчисленные образа в золотых ризах, занимавшие весь передний угол, все сели за стол. — Ну - ка, Господи благослови . . — проговорил отец игумен и, придерживая широкий рукав, потянулся к графинчикам. — Вкушаете? — спросил он Ваню лас- ково. — Изредка. . . В последнее вреия он старался ограничить свои потребности, но он промялся, проголодался, а от всей этой снеди пахло так аппетитно. Игумен широко перекрестился, а за ним и все и все с аппетитом вы- пили вкусного, душистого травника, закусили разными соленьями, опять выпили, опять закусили и принялись за жирную, 'Іочную кулебяку с рыбой. - А ну, повторим. . . — проговорил о. игумен, снова берясь за графинчик. — А то две подерутся, разнимать будет некому... И опять выпили... Между рюмками шел степен- ный разговор о погоде, о последних газетных новостях, о том, что в народе благочестие падает. Матушка, блестя красивыми зубами, ласково улыбалась прибауткам игумена, батюшка - ииссионер солидно похохатывал и в глазах его стояло выражение, что он знает то, что знает. И в хрустальных стаканах задыиился янтарный, чудесный чай . — Ну, о. Иероним, мне, пожалуй, и собираться п о р а ... — глухо проговорил Герасим Иванович.— Да- вай - ка, покончим наши дела — И чего ты все торопишься, Герасим Иваныч? — усмехнулся о. игумен — Успеешь. Погости у нас как следует — Никак невозможно, отец. . — отвечал то т .— Без меня и лавки отпереть некому. .. Такое уж у нас в рядах положение. Да ведь я тебя не задержу .. — Ну дак что, валяй . . . Герасим Иванович развернул свою буиагу, глухо откашлялся и, нахиурив свои седьіе брови, начал ровным,