b000002288

Нестерпииая духота снова перехватила Ване дыха- ние. Казалось, что казариы не вентилировались с сот- ворения мира. Нищета и всяческая грязь оскверняли глаз и душу. Полураздетые, неиытые дети, простоволо- сые, растрепанные, часто брюхатые женщины в жалких, затасканных до нельзя платьях, крик, сиех, руготня, смрад, заливистьій кашель, запах прокислой капусты и загаженных пеленок, какой - то скорченный старик, едва двигающий ногами по дымноиу корридору. . И все Смот- рели на чистого иолодого хозяина недоверчивыии, испу- ганныии глазами, как бы ожидая от него какой - нибудь неприятности.. — А тут что ? — Ретирады. Ваня сам отворйл тесовую дверь в одно из отделе- ний и сразу отступил: человеческие испражнения и иоча стояли на асфальтовои полу чуть не на четверть. Все стены были покрыты похабныии надписяии и рисунками. Какой • то истерзанный старик вышел из соседней кле- тушки, и, застегивая на ходу штаны, потащился в казарму. — Как видите, миллиончики ваши не даром людям даются. . . — зло усиехнулся Степан Рыжий, очень увяд- ший за эти годы, но п о п р еж н ем у исполненный ненави- сти ко всеи, кому жилось лучше его, а в особенности к Паниныи, которые из грязи вышли в такие князи Заграницей хороший хозяин скотину так не д е рж и т ...— добавил он авторитетно. — А вы были заграницей ? — с любопытствои спро- сил Ваня. Нет. В газетах я читывал .. И так хорошие люди сказывали Ваня пристально посиотрел на него. — Видите ли, казариа саиа по себе, в сущности, не плохо устроена — сказал он. — Правда, тесновато, но . в конце концов, жить все же можно б ы ... И эти ватерклозеты могли бы не иметь такого в и д а ... Не ду- маете ли вы, что сами рабочие виноваты отчасти в этом • свинстве? Ну, кто, наприиер, просил их опаскудить стены этиии рисункаии ? . . Ведь сюда ходят их же жен- щины . девушки. . . — Мы народ грубый, неотесанньж. . . Чего же с нас требовать ? . . — зло усиехнулся Степан. — Это вы, кото- рые таи разные пенционы и ниверситеты прощли, можете благородство - то разводить Вам это, двистительно, было бы не к лицу — Нет, извините, я думаю, что и вам это тоже не к лицу — твердо сказал Ваня.— Я вполне понимаю... положение рабочих. и сочувствую, но держать себя почище все же ножно, иожно не осквернять так своей собственной жизни, и не ииея капиталов. . . Сваливать все на других несправедливо и потоиу не хорошо... — Дайте ине ваши ниллионы и я на тройке разъ- езжать буду. . . — зло отвечал Рыжий. — И полдюжины прислуги всякой за иной целый день подчищать будут.. . И все будет очень даже благородно. . . Поиню я, ваш папаша просты»фслесарен был — так тогда он за собой так не сиотрел. как вот вы теперь. . А нас ваи судить очень уж строго словно бы и нельзя — не ны вашу. а вы нашу кровь п ь е те ... Точила видели ? Ведь на них саиый здоровый человек трех лет не выдерживает... — Почену? — Сейчас же чахотка и на погост Ваня иолча опустил голову: он и сам видел, что фунданент его благополучия ужасен. Он поблагодарил Степана я, чтобы избежать этих всеобщих поклонов и любопытства, направился налево, в сад. 8—Мужики * 225