b000002288

ниями и своими нестерпимыми болями, что вся остальная жизнь для него точно провалилась. . . Точно во сне видел он пышную свадьбу Кати, на которой была вся деловая. богатая Москва. В наеином генерале не было уже никакой надобности, так как ино- гие большие генералы сочли за честь быть на этой исключительно блестящей свадьбе. Персидский консул не п°сиел надеть для бала своего „Льва и Солнца". потоиу что ничего, кроме сдержанного сиада, здесь это не вьізвало бы. Наш известный поэт Константин Вла- дниирович Мирцев, весьиа полинявший, с красныи носи- кои, приглашения через тетю Пелагею добился но козырные тузы иосковские обращались с нии скорее покровительствеино да и Нюточка тут, среди сливок купечества. — острословы звали их финшаипань — скорее стеснялась ухаживания подъеденного иолью поэта, а когда он, подвыпив, позволил - было загнуть ей свое обычное „тебя я хочу“ , она сиерила его такии взглядои что он споткнулся языкои и сиолк, весь кислый какой - то и. как всегД*. осыпанный перхотью. И никоиу не пришло в голову поить лошадей шаипанскии — здесь ” Все «ожен" и так было ясно. И хотя родня деревен- ская была прнглашена вся, но она держалась сииренно по Уг°лкам> а на первом плане гордо выступали перво- статеиные тузы российские в божественных фраках, сшитых в Лондоне, и с лицаии нинистров. .. И все они благосклонно заговаривали с Ваней. и настаивали что т е п е р ь - е г о оч еред ь ... И чрез несколько дней Генна- дии Егорович преподнес ену в шикарной ранке свою фотографию, на которой написано было а шоп Ьеаи-Ггёге Іа * * йе *оп Ьеаи-Ггёге Ьіеп аішёе — Геннадий Его- рович питал большую слабость к французскону языку. Весь в сладком, отравленном чаду, Ваня не заметил даже тяжкой болезни тихой Клиневны, той Клиневны, которая в детстве его, рискуя гневон баушки Авдотьи, крала для него крыжовник и горох и которая теперь, всеми забытая, тяжело уиирала одна в своей комнатке, заставленной образами, под которыии лежал любиный ее пасалтырь, унилявший и просветлявший напуганную душу ее в течение всей жизни. Ее сын, беспутный Вася, за очередное художество был в Раиенье, в ссылке. а дочери — она была занужен за однин косникон в го- роде Тоискиии — подали телеграмиу. И Аннушка, — дебелая баба с безбровыи, круглыи лицон и наленькини глазкани — приехав, т о -и -д е л о приставала к матери: — Матушка, а, матушка, скэжи: что ты видишь? По окшинским понятиям, если выпытать у умираю- щего, что он видит в духе в эти последние часы борения жизни со смертью, то узнаешь не только то, что ждет умирающего на том свете, но до некоторой степени узнаешь о положении вещей там и вообще. что, конечно, иожет пригодиться и для себя лично. И, не раскрывая уже глаз, высохшая, вся прозрач- ная, Клиневна шелестела в ответ: — Аннуш ... ка, оставь. .. н е . . . ня . Христа.. . ради Аннушка отставала от матери на некоторое время, но потом любознательность снова брала верх и она, при- пав к изголовью матери. начинала сыэнова: — Матушка, а матушка, скажи: что ты видишь? Аннушка попросила - было дяденьку Никиту Ивано- вича выписать к натери Ивана Кронштадтского, но тот отнахнулся: — Ежели царя не отнолил. не отиолит и Клиневну. .. А вот Федора Миколаича иоего попробовать ножно .. Он саи позвонил в Малиновы Луга, чтобы Каскянкин Сергеич привез опять Федора Миколаича, но с завсда через час ответили, что Федор Миколаич саи плох и,