— 29 — Здѣсь, конечно, не мѣсто и не время поднимать споръ о старомъ, но вѣчно юномъ вопросѣ, имѣющемъ громаднуюлитературу. Мы только напомнимъ относительно Западной Европы, что апостолъ травосѣянія, Иванъ Шубартъ, дѣйствовалъ тамъ уже во второй половинѣ XVIII вѣка, а быстрый прогрессъ сельскаго хозяйства въ XIX вѣкѣ былъ самымъ тѣснымъ образомъ связанъ съ успѣхами обрабатывающей промышлености и тѣми коренными реформами въ общественной и политической жизни европейскихъ народовъ, которыя начались съ конца XVIII вѣка и продолжались въ Европѣ въ теченіе всего XIX вѣка. Тѣ перемѣны въ земледѣльческомъ хозяйствѣ, о которыхъ мы только-что начали думать, тамъ вводились впервые больше ста лѣтъ тому назадъ. Дѣло, слѣдовательно, совсѣмъ не въ общинѣ и хуторахъ, а въ томъ, что въ общемъ культурномъ развитіи мы плетемся на цѣлое столѣтіе позади Западной Европы. Бъ самомъ дѣдѣ, почемумы, зная, что въ Европѣ существуетъ уже давно обязательное всеобщее обученіе и, слѣдовательно, всеобщая грамотность, а въ Россіи болѣе половины безграмотнаго населенія, мѣстами же царитъ и поголовная безграмотность; почему, спрашиваемъ мы, мы не винимъ въ этомъ общинноеземлевладѣніе? Отчего, далѣе, несмотря на современное развитіе научной медицины, мужикъ въ Россіи еще въ очень большомъ количествѣ направляется со своими „болѣстями“ ко всевозможнымъ знахарямъ, „братцамъ" и т. иод.? Не виновата ли и здѣсь наша община съ ея принудительнымъ сѣвооборомъ? Да, далеко недостаточно перенять хутора у западныхъ сосѣдей для того, чтобы уподобиться имъ, какъ негру мало надѣть костюмъ европейца, чтобыстать на европейца похожимъ. Да и точно ли, что въ Западной Европѣ не существуетъ черезполосицы, что она, какъ только этого захотѣли, пропала окончательно, уступивъ свое мѣсто отрубу и хутору? Если мы обратимся къ литературѣ этого вопроса, то увидимъ, что черезполосица и тамъ еще упорно держится въ очень и очень многихъ мѣстахъ, несмотря на уже продолжительную, упорную и вполнѣ планомѣрную борьбу съ ней. Принудительный сѣвооборотъ тоже знакомъ Западной Европѣ. Но такъ ли ужъ плохи дѣла у насъ въ Россіи, такъ ли, въ самомъ дѣлѣ, неподвижна наша земледѣльческая жизнь, что намъ и посмотрѣть-то дома не на что для того, чтобы кое-чему научиться, а нужно бросать свои взоры за границу и ждать оттуда новаго варяга въ видѣ хуторского хозяйства? Вѣрно ли, что община была только палкой въ колесахъ сельскохозяйственнаго нрогресса? Оказывается, что дѣла наши не тахъ плохи, какъ нѣкоторые думаютъ. Несмотря на то, что общественное содѣйствіе крестьянскому хозяйству имѣетъ очень короткую исторію*, кое-что ужесдѣлано. Прежде всего, для нечерноземной полосывыработана вполнѣ опредѣленная программа земской агрономической дѣятельности. Во многихъ мѣстахъ, далѣе, эта дѣятельность принесла несомнѣнные и большіе результаты. Мы не будемъ говорить здѣсь о всѣхъ достигнутыхъ *) См. статьи проф. Т. Локотя „Какъ развивалось хозяйство у нѣмцевъ" въ „Нуждахъ деревни" (1909 г., № № 21, 22, 23). *) Въ высшей степени любопытный матеріалъ по этому вопросу собранъ въ книжкѣ А. И. Чупрова „По поводу указа 9 ноября 1906 г.“. *) Въ прошломъ году исполнилось 2Ь лѣтъ со времени учрежденія въ Пермской губ. института агрономическихъ смотрителей [въ 1883 году]. Это время и должно считаться началомъ исторіи общественной агрономіи въ Россіи. См. Зубрилинъ „Улучш. крест. хоз.“, стр. 107—121 (развитіе земской агрономіи).
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4