b000002235

— 42 — Прошло еще два года, и здоровье Юрьевскаго протопопа совершенно расшаталось. Въ февралѣ 1772 года Юрьевскіе соборные священнослужители донесли въ консисторію о происшествіи, которое знаменовало для Субботинскаго начало конца. 9-го февраля, писали они, протопопъ Н. Суб­ ботинскій призвалъ насъ повѣстками къ себѣ въ домъ. При входѣ къ протопопу, мы увидѣли, что волосы на головѣ и бородѣ его были совершенно обрѣзаны. Встрѣтивъ своихъ сослужителей и под­ чиненныхъ, Субботинскій прямо объявилъ о своемъ недостоинствѣ носить священный санъ, въ виду чего онъ и обрѣзалъ волосы, и сказалъ, что объ этомъ своемъ недостоинствѣ онъ самъ объявить Его Вы­ сокопреосвященству. Дѣйствительно, докладъ Н. Субботинскаго не замедлилъ послѣдовать. Докладъ написанъ человѣ­ комъ въ больномъ состояніи и изложенъ въ высшей степени спутанно. Основная мысль такова. У него, Субботинскаго, давно уже явился помыслъ къ от­ ложенію священнаго сана. Но онъ отгонялъ этотъ помыслъ, сомнѣваясь, отъ Бога-ли онъ. 7 февраля 1772 года этотъ помыслъ сдѣлался непреоборимымъ. „И хотя, пишетъ Н. Субботинскій, я и не зналъ отъ Бога-ли онъ, потому что я съ того самаго времени, какъ во мнѣ въ бытность мою въ семина­ ріи случилась перемѣна, о которой небезъизвѣстно и Вашему Преосвященству, терплю частыя напа­ денія отъ бѣсовъ, а наипаче отъ хульнаго бѣса, но, убоявшись суда Божія праведнаго, многихъ ради падежей совѣсти моея, остригъ власы брады и го­ ловы своея, почему и нынѣ признаю себя ни къ какой должности неспособнымъ".