b000002235

— 40 — день. Послѣ литургіи и молебна, согласно принятому въ Юрьевѣ обычаю, всѣ духовные и свѣтскіе чины сошлись въ воеводскій домъ для принесенія поздрав­ леній и провозглашенія многолѣтія. Во время много­ лѣтія во дворѣ воеводы барабанщикъ билъ въ ба­ рабанъ. Не пришелъ къ воеводѣ одинъ протопопъ Н. Субботинскій. Мало того. Потребовавъ къ себѣ барабанщика, онъ сурово выговаривалъ ему: „для чего онъ барабанщикъ не билъ прежде въ барабанъ у собора, у него протопопа". По случаю царскаго дня на соборной колокольнѣ полагался цѣлодневный звонъ. Но Н. Субботинскій послѣ полудня вскочилъ самъ на соборную коло­ кольню, разогналъ звонившихъ тамъ людей и самъ звонилъ въ колокола „необычайнымъ образомъ, какъ будто въ набатъ". Одинъ малый колоколъ онъ при этомъ разбилъ. Окончивъ необычный звонъ, прото­ попъ Субботинскій заперъ колокольню на замокъ и ушелъ домой. Воевода, которому донесли обо всемъ соборные священники, послалъ къ протопопу поручика Юрьевской команды съ требованіемъ отпе­ реть колокольню, съ тѣмъ, чтобы въ городѣ былъ узаконенный въ торжественные дни колокольный звонъ. Но протопопъ объяснялся съ поручикомъ крайне грубо. „Какой чинъ имѣетъ твой воевода?" спросилъ онъ поручика. „Нашъ воевода, отвѣтилъ поручикъ, статскій совѣтникъ бригадирскаго чина“. „Я самъ лучше бригадира“, возразилъ протопопъ и съ бранью прогналъ поручика со двора. За вечернимъ богослуженіемъ въ тотъ же день секретарь Юрьевской провинціальной канцеляріи Михаилъ Апрянинъ и вышеупомянутый поручикъ Григорьевъ стояли за лѣвымъ клиросомъ у столба- Мѣсто это въ счетъ складочныхъ съ горожанъ де-