b000002182

КРАСНЫЙ КУСТЪ. 463 требовали дѣлухо уйму денегъ. И жертвы эти не остались безрезультатны. Была объ- явлена резолюція такого содержанія: ввести во владѣніе крестьянъ деревнп Борки той частью луга, которою доселѣ, вопреки пря- мому и точному смыслу законовъ, владѣлп п пользовалпсь крестьяне деревни Сосе- нокъ, во владѣніи к я к о е ы х ъ значится по плану спеціальнаго размежеванія лишь часть, находившаяся во владѣніи деревни Борки. Бзыскать съ крестьянъ деревни Сосеиокъ въ пользу крестьянъ деревни Борки арен- дпую сумму за 6 лѣ тъ , со дня размежева- п ія , за пользованіе ими чужою собствен- ностью вонреки точному и прямому смыслу законовъ ... Н а основаніи такихъ-то и та- кихъ-то статей , всѣ издержки по сему дѣ- лу взыскать съ крестьянъ деревни Сосе- нокъ, да съ оныхъ ж е ... и проч., и проч., и проч. Когда эта резолюція сдѣлалась пзвѣстиой Нагорному міру, этотъ міръ единодушно крякнулъ и с к а за л ъ :—„Н-ну, паря—пошла битка въ конъ!“ И точно: „умственность" сразу возросла на нятьдесятъ процентовъ, п взапмному поѣданію открывалось гаиро- кое поле. Согласитесь, что, какъ Елизаръ Нагор- ный, такъ н я вмѣстѣ съ нимъ, имѣли всѣ основанія, чтобы скорбѣть, тѣмъ болѣе, что такія „событія" не исключительны п не еди- ничны: они изъ году въ годъ ростутъ^и въ ширь и въ глубь; они несутъ съ собой ка- кую-то новую „идею“ (съ Елизаромъ На- горнымъ мы теперъ видимъ пока только одну идею—идею „разложенія“ , за котороп для насъ не виднѣется даже призрака „со- зиданія"), и эта новая пидея“ проникаетъ собой всѣ поры крестьянской жизни. Но чтобы понять должнымъ образомъ всю глу- бину скорби Елизара Нагорнаго, читателю, хотя поверхностно, надо познакомиться съ тѣмъ, что въ Нагорномъ міру „было да сплыло“ . А было въ Нагорномъ міру вотъ что. ' Нагорнып міръ, составлявшій плотную, связанную длиннымъ рядомъ традицій об- щинную организацію, общину-волость (не смѣшпвайте только съ административнон современной волостью) изъ семи-восьми де- ревень, съ общимъ количествомъ до тысячи душъ одного мужскаго пола—владѣлъ въ прежнее крѣпостное время сообща полями, лугами, лѣсами, пожнямп и пустошамщ кромѣ общей „барской межи“ , отдѣлявшеп владѣнія ихъ помѣщика отъ сосѣднпхъ, угодья Нагорнаго міра не знали никакихъ границъ, никакихъ столбовъ и ямъ. Оощины- сестры, связанныя общимъ союзомъ, вмѣстѣ поднимали барскую и собственную „тяготу жпзни, тянулп за общій страхъ и рискъ. Въ распорядки пхъ внутренней жизни никто не вмѣшивался; „прямой и точнып смыслъ закона“ имъ былъ невѣдомъ; народная „общинная совѣсть® могла жить рядомъ съ „совѣстью барской“ , и если эта барская совѣсть „вносила соблазнъ“ , то только по- рывами, налетомъ: онъ могъ быть, но при случайно благопріятныхъ условіяхъ могъ и не быть. Эти благопріятныя условія суще- ствовали для Нагорнаго міра долыне, чѣмъ у ихъ сосѣдей, и вотъ почему долыпе. На- горный ыіръ апеллпровалъ во всѣхъ своихъ распорядкахъ исключнтельно къ однон на- родной, общинной совѣсти. Ежегодно, въ извѣстные сроки, сходился весь Нагорный міръ въ одну пзъ деревень (считавшуюся родоночальницей всѣхъ прочихъ, такъ какъ время заселенія терялось во мракѣ вѣ ковъ ), и здѣсь производилъ дѣлежъ и равненіе своихъ обще-волостныхъ иугодьевъ“ . Сна- чала, онъ разбивалъ себя на семь-восемь явытей“ ио числу общииъ, ровняя ихъ по душамъ. По этимъ вытямъ уже разбивалъ „жеребьевкоп“ всѣ угодья и лѣса, и луга, п даже поля (хотя послѣднія въ болѣе про- должптельные неріоды передѣловъ, отъ В— 5 лѣтъ). Все уравнивалось въ „вытяхъ“ по самой строгой справедливости. Затѣмъ, каждая выть, какъ самостоятельное цѣлое, вела свои собственныя равненія, сообща рубила и охраняла лѣса, косила луга, от- правляла повинности. Эта же строгая общин- ная организація держалась и во всемъ: принципъ равненія общей работы п взаимо- помощи былъ строго проведенъ чрезъ всю обще-волостную жизнь. На случай пожа- р 0ВЪ— всѣ выти обязывались выбѣгать на ножарище, рубить лѣсъ, ставить избы по- горѣльцамъ... и проч., и проч. Мы не бу- демъ здѣсь вдаваться въ эти подробности... Объ этомъ, когда-нибудь, мы еще будемъ говорить въ своемъ мѣстѣ. Насъ интересу- ютъ здѣсь собственно земельныя отношенія. Когда наступало время передѣла полей, вся тысячедушная масса нагорнаго люда сходилась на болыпой холмъ и здѣсь у ста- ринной, дряхлой часовеньки, съ облупив- шимся образомъ „стариннаго письма“ , вы- бирались вытчики, мѣрщики и цѣловаль- нпки, здѣсь вся толпа осѣнялась крестнымъ знаменіемъ, призывая Бо га въ свидѣтель- ство справедливости предстоящаго дѣла, и бросалпсь зкеребья между вытямп. Вотъ другая картина. Настало время сѣ- нокоса. Уже не тысячедушная, а масса иа- рода, чпсломъ до 3,000 душъ бабъ и му- жиковъ, парней и дѣвокъ, разряженная и гульливая, выступала на широкіе поймен- ные луга, разстилавшіеся кругомъ, какъ