b000002182

382 ДЕРЕВЕНСКІЕ БУДНИ, парусннномъ ниджакѣ, суконныхъ шарова- рахъ и картузѣ. — Ты, вѣдь, идолъ?— солидно дразнплъ его нарусинный пнджакъ, его сосѣдъ но избамъ, нлутоватый торгашъ. — Бы ынѣ за изгородь подай... Вотъ что! — бурчалъ дѣдъ. — Вѣдь, ты идолъ? Ты чего брови-то сѣдыл крышей на глаза напустилъ? Стыдно на добрыхъ людей взглянуть!.. — Вы ынѣ за изгородь подай!..Вотъ что!.. — Ты чего носъ-то налилъ? чего онъ у тебя красньш?—д р азн и іъ пидж акъ:—смуть- янъ ты старый?.. Изъ-за васъ канитель-то тян е тс я ... Уыирать бы пора ужь!.. — Ты еще скажи, зачѣмъ ты ко мнѣ дохлую кошку въ огородъ подбросилъ?—нео- жиданно норажаетъ дѣдушка М атвѣй:—не- навистники, дуй васъ гороп!.. Ты мнѣ отвѣть за эту пакость!.. — Вѣдь, ты пдолъ? Ты, вѣдь, ребятишкамъ нодъ боскя ногп стекла накидалъ у себя въ огородѣ! Вѣдь, ты—шпшнга старая! — Ты мнѣ за огородъ иодай!.. Да еще я подумаю пересажнваться съ надѣла-то!.. Вишь, охальники —весь міръ взмутили! всѣхъ хотятъ взбаламутить... Рады , что росписокъ дураки съ васъ не берутъ, рады, что дуракп па слово в ѣ р я тъ ... Н ѣ тъ , васъ вотъ бума- гой припирать надоть!.. А то наткось: то хочу мѣняться, то не хочу!.. Богаты , такъ думаетъ емѵ и воля! И зъ-за него—вся де- ревня трогайся!.. в т. д ., и т. д. А вотъ опять вдругъ покрываетъ всѣхъ голосъ Алешки Собакина., наскакивавшаго на двоюроднаго брата Павла Гордѣева и теперь, освободившись отъ ребенка, какъ будто проникшагося еще болыпею яростью . — Ты чего защищаешь? али угощаетъ богато? Алп въ городѣ въ трактирѣ чаемъ поитъ братецъ-то?.. Эхъ, вы, оглашенные! — Да ты кого посмѣлъ?..—Кто я тебѣ?— Али забылъ?.. — Кто?—Не забылъ! — А кто тебя, подлеца, отъ тюрьмы-то ослобонилъ?—К то?.. — Кто? — Вѣдь, я тебѣ отецъ духовнып,— вѣдь, я тебѣ, мошеннпку.. крестиып отецъ!.. — К то?..—А кто тебя просилъ?.. Развѣ я тебя звалъ меня крестить-то? Ха-ха-ха!— разливался опять Алешка на всю улицу. — Мошенникъ — болыпе тебѣ названія нѣтъ. Собакинъ тебѣ и кличка!— огорчился Павелъ и сердито сѣлъ на завальню . Ну, думаю, сейчасъ — въ колья! Какъ вдругъ, къ неоппсанному моему изумленію, Алешка нанравился ко мнѣ. — Ваше благородіе, одолжите напирос- ку!—сказалъ онъ, подсаживаясь комнѣ и улы- баясь во всю рожу: -- вотъ грѣхи! Ахъ, Боэд мой!.. До чего у насъ ругань дошла! Крест- н агоотца ненощадалъ! Вотъкакъ! Слышалв) — Слышалъ. — Вотъ какіе грѣхи-то!.. А н е л ь з я ...- Гіотому болыпая неснраведливость!.. Вдругъ сходаа смолкла; только слышались одинокіе голоса, Что то больше ворчавшіе нро себя. — Что же это?—въ удивленіи сиросилг я Алешку.—Кончилв? — Кончили!.. Слава-те Господи! Развя’ зались съ грѣхами. — И рѣшыли ѵжь? — Рѣшилп! — Да когда же? — Вонъ—видпшь, половина разошлась, иоловпна—отдыхать усѣлась. Дѣйствительно, половина сходки рас- ходилась, половина размѣстилась около жит- ницы: кто на завальнѣ , кто на травѣ. По- слышались шуткп, хохотъ. Скоро вдоль улн- цы деревни пробѣжалъ въ ириирыжку под- ростокъ съ четвертаыыъ боченкомъ подъ мышкой. Значитъ — послаиецъ въ волость за виаомъ. — Приходя, ваше благородіе, мірское вино пить!—прнгласилъ меня Алешка Со- баканъ , уходя къ комианіи. — Благодарю . Я иродолжалъ прислушиваться. Дѣдъ Матвѣй ѵже сидѣлъ рядомъ съ сво- имъ неугомоннымъ „дразяилой® въ ниджакѣ. Дразнило продолжалъ еще надънимъ острить, но уже совсѣмъ въ добродушноиъ тонѣ; компанія поддерживала и смѣялась; смѣял- с я ,в о р ч а , и самъ дѣдъ. А Алешка, помѣс- тившась какъ разъ нротивъ своего отца крестнаго, скоро уже вошелъ въ оживленную бесѣду, которую послѣдній велъ съ гусари- хой. Мнѣ прииомнились слова батюшки. „Рѣшили! Когда рѣшили? Что рѣшпли? Вмѣсто того, чтобы „въ колья“ , рѣшили водку пить, что-ли? Или рѣшили общан- ные воиросы, тѣ вопросы, которые вол- новали деревню впродолженіе четырехъ сходовъ? Но гдѣ рѣшили, какъ?“ я въ не- доумѣніи спрашивалъ себя. И я , такъ вни- ыательно слѣдившій за всѣми сходами, такъ заинтересовапный задачей—уловить до мель- чайшихъ подробностей проявленіе общинной жизни въ самомъ выразительномъ ея факто- рѣ— общинномъ сходѣ, я, къ собственному стыду, долженъ былъ сознаться, что не понимаю ни вопросовъ, стоявшихъ наоче- реди въ общинѣ, ни преній по поводу пхъ, не смогъ даже уловить—когда и какъ эти вопросы были рѣшены. Между тѣмъ, мірской посланецъ уже вер- нулся нзъ волости съ четвертнымъ бочен-