b000002182

104 БАРСКАЯ ДОЧЬ- — Что же такое? — Вымолвить страшно: внучатъ своихъ 'гопоромъ зарубнлъ ... Троечка-то за мило- стыней ходили, а малые-то дома остава- ли сь... Ихъ и зарубилъ. Пришла сноха, спрашиваетъ объ нпхъ, а онъ и говоритъ: „Молись, — теперь тебѣ все легче будетъ. Вотъ они!“ . . .—Царь многомплостивый, будь милосердъ къ намъ, грѣшнымъ!... Полное онъ, Карпъ-то, разоренье принялъ ... А мяг- кій мужичокъ-то бы лъ ... Любящ ій... Оголо- далъ, да и вино-то... Вышло дѣло-то не задолго до того, какъ уйтиНинѣ-то Петров- н ѣ ... Такъ, недѣль за ш есть... Прощенья просимъ, сударь, — заключилъ, вставая и кланяясь, старикъ. — Безпокойство у васъ большое,—-не затруднить бы васъ. Я распрощался съ Мирономъ. Похоро- нпвъ отца, мы продали домъ, взяли мать съ собой и разстались съ N окончательно. Болыпе намъ туда ѣздить было незачѣмъ. Бѣгство Нины изъ деревни, разсказъ ста* рика, письмо ея — все это не выходило у насъ изъ головы; все это было такъ ма- ло понятно, что невольно припоминались самыя мелкія событія нашего знакомства съ Ниной: иногда казалось, что бѣгство ея было неизбѣжно, фатально, что ужь его можно было предвпдѣть и раныпе; но когда приноминался старикъ, ея по- ложеніе въ семьѣ его, та любовь и вниманіе, которымъ она была окружена, тотъ общій подъемъ, умственный и нрав- ственный, который оказался въ этой семьѣ, лишь только она „освѣтила е е “ , псключивъ возмоможность многихъ явленій, непзбѣж- ныхъ при невѣжествѣ, — ири всемъ этомъ бѣгство ея становилось невѣроятнымъ... А если еще припомнить самую Нину, ея де- ликатную чуткость, глубокую, страстную, правдивую душу... Однимъ словомъ, мы те- рялись, не могли ни на чемъ остановпться. Хотѣли-было на обратномъ пути опять за- ѣхать къ Мирону Васильевичу, но опасе- ніе поставить семью въ неловкое положеніе, разбередить еще незажившія раны , удер- жало н а с ъ ... Мы ограничились только тѣмъ, что на первой станціи попробовали разы- скать ямщика-мистика, который первый сообщилъ намъ о пребываніи Нины въ де- ревнѣ. Н а постояломъ дворѣ, который дер- жали его отецъ и братья, насъ встрѣтилъ сѣдой, дряхлый старикъ. Н а мой вопросъ: гдѣ йннокентій? — онъ, иодозрительно по- сматривая на меня, отвѣчалъ: нѢтъ Инно- кентія, н ѣ т ъ !... Иннокентій уш елъ ... За- чѣмъ кому Иннокентій нуж енъ?... Ушелъ, ушелъ Иннокентій. Н а заработки уш елъ ... — Вретъ онъ, дѣдушка-то, — вдругъ ска- залъ мальчуганъ, съ обратью на илечѣ, оста- новившійся, вѣроятно, мимоходомъ ІІОСМОТ- рѣть иа н а съ .— Онъ у нихъ, Иннокентій-то, сбѣжалъ, еще лѣ то сь... Они его женить было хотѣли, а онъ сбѣж алъ ... Монаха же- нить вздумали!— И подростокъ засмѣялся. Я успокоилъ старика относителыао его опасеній на мой счетъ, и тогда онъ, пере- крестившись, сказалъ: „Да, ушелъ Инно- кентій, — Бо гъ вѣсть ку д а ... Ннчего объ немъ не знаемъ, и голосу не подаетъ... Онъ ужь у насъ всегда такой бы лъ ... Дол- жно, Господь указалъ ему пути... Что сдѣ- лаешь, сударь: человѣкъ на человѣка не приходитъ!... Всякъ своему пути отмѣченъ... А какъ вы его знаете?“ Я разсказалъ старику о нашей встрѣчѣ ,— п мы разстались, тѣмъ болѣе, что отъ ста- рика я еще ничего не могъ узнать. Это извѣстіе объ Иннокентіи напомнило мнѣ его мистическія пред сказан ія... И тог- да во мнѣ, почему-то, явилось предчув- ствіе, что я еще увижу Нину, — что она снова пронесется передъ нами, какъ и прежде, неожиданнымъ блестящимъ метео- ромъ, свершая свои „пѵти“ . Иванъ Ивановичъ всталъ и, видимо взвол- нованный, нѣсколько разъ молча прошел- ся по комнатѣ, вытирая свою вспотѣвшую лысину и сосредоточенно смотря передъ со- бой, какъ будто онъ еще разъ переживалъ проносившіяся въ его воспоминаніи событія. — Спустя три года, я былъ нереведе на службу въ №-скій п о л к ъ ...—-началъ бы- ло онъ, но вдругъ остановился.—Впрочемъ, господа мои, уже с вѣ та етъ ... Да нритомъ я совсѣмъ забылъ, что для продолженія у меня здѣсь нѣтъ писемъ къ намъ Нины ... А потому смѣю просить васъ пожаловать всѣмъ обществомъ завтра ко мнѣ, если мой разсказъ васъ интересуетъ. Тогда я доска- жу вамъ его, буде ничто не помѣшаетъ!— заключнлъ онъ съ своей обычно-добродуш- ной улыбкой. VІ. Снустя,— насколько мнѣ помнится,—годъ или два послѣ того, о чемъ я вамъ раз- сказывалъ, такъ началъ Иванъ Ивановичъ, когда все общество, слушавшее его нака- нунѣ, собралось въ его маленькой гостп- ной,—я былъ переведенъвъ N— скійполкъ, стоявшій въ 0 —ой губерніи, д аи расквар- тированъ-то онъ былъ въ уѣздѣ. Чушь и глушь, знаете, были порядочныя... Но такъ какъ я переводился съ повышеніемъ, то и зазнаваться особенно было нечего.