b000002181

5 6 КРЕСТЬЯНЕ-ПРИСЯЖНЫЕ. быть! Только что развѣ вотъ въ округѣ съ Часа черезъ полтора пришелъ высокій, бариномъ однимъ говорилъ — съ крестомъ толстый, бакастый господинъ, въ полуфор- былъ тотъ баринъ... Такъ онъ же меня оби- менной одеждѣ. Сверкнувъ глазами на пѣнь- дѣлъ. А больше грѣха за собой не при- ковцевъ изъ-подъ фуражки, онъ, не снимая помню. ея и бросивъ съ плечъ на руки подскочив- Повздыхали присяжные и стали понемногу шчмъ солдатамъ шинель, прошелъ быстро сбираться „на приглашеніе". въ дальнія комнаты. Собрался кое-какъ и Ѳомушка, окутавъ, Минутъ черезъ десять раздался по ком- по настоянію „бѣглой бабочки", все лицо, натамъ повелительный и нѣсколько охрип- голову и шею, которыя у него горѣли, лый окликъ: платкомъ. — Ѳома Ѳоминъ! Здѣсь? — Не слѣдъ бы старичку ходить... Охъ, — Здѣсь! Ѳома Ѳоминъ, который?—за- не слѣдъ бы!—толковала она.—Трудно бу- суетились солдаты. детъ старичку перенести! — Сюда!—крикнулъ опять голосъ. Когда пѣньковцы выходили на Москов- Солдатъ повелъ Ѳомушку черезъ пеосвѣ- скую улицу, замѣтили они сквозь сумерки щенныя комнаты на голосъ. Ѳомушку била чью-то подвигавшуюся къ нимъ темную фи- лихорадка, но не отъ боязни, а отъ раз- гуру въ картузѣ, шедшую неровнымъ, то- вившейся болѣзни. ропливымъ шагомъ, постоянно сбиваясь съ Дверь за нимъ затворилась и все смолкло, протоптанной по снѣгу дорожки въ лежав- — Пѣньковцевъ! Сюда!—раздался опять шіе по бокамъ сугробы; темная фигура из- голосъ. рѣдка размахивала руками и, вѣроятію, вела Тотъ же солдатъ ввелъ пѣньковцевъ въ таинственные разговоры сама съ собой; комнату, гдѣ сидѣлъ передъ столомъ, по- вообще она сильно смахивала на подпив- крытымъ клеенкой, разбросанными бума- шаго человѣка. гами, шнуровыми книгами, съ мѣдною лампой Фигура въ картузѣ прошла было, пе за- съ тусклымъ абажуромъ, полуформенный мѣчая пѣнковцевъ, мимо, но они, всмотрѣв- господинъ, погрузившись внимательно въ шись, окрикнули: чтеніе какихъ-то листовъ. Въ сторонѣ стоялъ — Петра!... Ты это? Ѳомушка. Пѣньковцы боязливо и бѣгло Фигура въ картузѣ остановилась и въ взглянули на него: лицо его было красно и недоумѣніи, какъ въ просонкахъ, не пони- лихорадочно пылало, губы дрожали, мая ничего, смотрѣла на нихъ, — Выкто?—сверкнулъ на нихъ взглядомъ, — Чего ты опѣшилъ? Вернись: идти намъ иа секунду поднявъ отъ бумаги голову, по- нужпо всѣмъ. Объявиться приказъ вышелъ, луформенный господинъ. — Куда?—спросилъ Недоуздокъ, быстро — Крестьяне, ваше бл—діе. подходя къ нимъ: это былъ, дѣйствительно, — То-то. Мужики? онъ. — Такъ точно-съ. — Въ контору приказано. Вотъ Ѳомушку — Я васъ спрашиваю: мужики? требоваютъ и насъ всѣхъ съ нимъ. — Они самые будемъ-съ,—упавшимъ го- — А-а! Па-анимаю...—заговорилъ Недо- лосомъ отвѣтилъ Лука, уздокъ про себя.—Учить, значитъ... — И больше ничего? — Съ Шабринскими, что ли, угостился?— Мужики молчали. спросилъ недовольно наблюдавшій за нимъ — Ничего больше?—тономъ выше пере- Лука Трофимычъ.—Не слѣдъ бы... И безъ спросилъ полуформенный господинъ, угощеньевъ ихнихъ бѣда на тебя изъ-за — Такъ точно-съ... То-ись... каждаго угла налетаетъ. — Безъ всякихъ „то-ись"! Недоуздокъ счелъ ненужнымъ отвѣчать и Помолчали, доказывать неосновательность павшаго на — И вы это званіе свое помните хорошо? него подозрѣнія: онъ зналъ, что былъ почти — Довольно хорошо, ваше бл—діе. пьянъ, но только не отъ вина. Онъ при- — Плохо, я говорю, соединился къ товарищамъ и снова погру — То-ись... ежели... ваше бл—діе. зился въ разрѣшеніе какихъ-то таинствен- — Безъ „то-ись"! (Тоны повышаются сгез- ныхъ вопросовъ. сешіо). Плохо, говорю я. ____ Пѣньковцы замолчали. — Если вы забудете кто вы и что вы Въ канцеляріи полу-военнаго вѣдомства (взоръ полуформеннаго господина молніей долго ^сидѣли пѣньковцы по скамьямъ пе- проносится по пѣньковцамъ), тогда... Это редней, вздыхали и смотрѣли, какъ солдаты что значитъ?—вдругъ прерываетъ онъ себя, курили махорку и играли у ночника въ три обращаясь къ Недоуздку.—Что это значитъ? листика. я тебя спрашиваю (указательный палецъ