b000002181

ГЛАВА ВТОРАЯ. ПЕРВОЙ ЗНАКОМСТВО СЪ НОВЫМИ ПРАВАМИ. 5 5 Дверь отворилась, и въ ней показался хо- умѣвавпіихъ пѣньковцевъ.—Ч-чу-де-са-а!... зяинъ, за нимъ солдатъ, длинный и прямой, Сохрани, Господи-Батюшко, Миколай угод- какъ веха, съ корявымъ, усѣяннымъ пры- никъ! Что за причта? Не Петра ли что? щами лицомъ; въ рукахъ у него была книга. — Ѳомушку, слышишь, зовутъ. Къ чему — Господа присяжные? Вотъ здѣсь-съ. тутъ Петра?—замѣтилъ Бычковъ. Они самые. Получайте!—говорилъ хозяинъ, —Ну-ко, Дорофей, прочитай поскладнѣй, пропуская впередъ солдата и показывая на нѣтъ ли тамъ чего еще? Не прописано ли?— пѣньковцевъ. обратился къ нему Лука, подавая повѣстку. Пѣньковцы всѣ поднялись, только кресть- Бычковъ сталъ читать по складамъ, но, янка, какъ сидѣла, такъ и осталась невоз- кромѣ приказанія крестьянину Пѣньковской мутимою. волости Ѳомѣ Ѳомину явиться въ 7 часовъ Солдатъ, не снимая кепи, молча подошелъ пополудни сего ноября, дня, такого-то года, къ окну и сталъ рыться въ книгѣ. Нако- не нашелъ ничего, хотя посмотрѣлъ и на нецъ, онъ вынулъ лоскутъ бумаги. другую сторону и даже долго и тщетно ста- — Ѳома Ѳоминъ кто изъ васъ?—спросилъ рался разобрать хитрыйросчеркъ у подписи онъ. письмоводителя. — Есть. Старичекъ будетъ. Вотъ н а по- — Помилуй насъ грѣшныхъ! — глубоко латяхъ онъ! вздохнули пѣньковцы. — Можно, чай, слѣзть съ полатей-то. — Смотри, братцы, часы-то бы какъ не Не великъ баринъ! проворонить. Вишь, здѣсь какія строгости— — Болѣетъ онъ у насъ, кавалеръ,—жа- все строки,—внушалъ обстоятельный му- лобно заговорилъ Лука,—ужь просимъ про- жикъ.—Ты, Еремѣй, карауль, смотри. Во­ щенья... Потрогать жалѣемъ... Забылся чаще къ хозянну-то понавѣдывайся. Да не только что... задрыхни, спаси Господи, какъ ни то грѣ- — Ну, мнѣ все равно. Ботъ повѣстка, хомъ; не ложись на лавку-то, а у стола Въ 7 часовъ приказано явиться. Вы съ нимъ присядь... Да вотъ бабка-то, можетъ, при- одной волости? глядитъ за тобой. А мы отдохнемъ пока. — Одной. — Ну, братцы, чудеса здѣсь! — продол- — Всѣ? жалъ онъ, собираясь ложиться.—И ума те- — Мы всѣ пѣньковскіе. Другихъ нѣтъ... перь совсѣмъ рѣшишься... Не соображусь... — И женка?—спросилъ солдатъ, кивнувъ — Да прежде-то развѣ не бывало? — на крестьянку н едва изобразивъ на коря- спросили другіе. вомъ лицѣ какое-то подобіе улыбки. — Отъ — Какъ не бывало!... Всяко бывало... скуки, что ли, прихватили съ собой... али, То-то вотъ и нужаешься... Думается теперь, можетъ, и женка въ присяжныхъ тоже? какъ никакъ, а безнримѣнно по трактир- Нѣтъ-съ... Зачѣмъ ж е ? ...— умильно нымъ дѣламъ... Вишь, что горожане чудятъ улыбаясь, объяснялъ Лука Трофимычъ,— надъ нами. такъ, бабочка... набѣглая... Присталая, вы- — Тьфу ты, Господи!—разсердился, на­ ходитъ... конецъ, всегда смирный и покорный Еремѣй Ну, и ее тащи къ намъ,—шутилъ сол- Горшокъ, — дались тебѣ, Лука, эти тракти- датъ- ры. На всякое дѣло у него одно рѣшенье— Нн по что, г. служивый, не по что... трактиръ! Да неужто, кромѣ трактировъ. Мы вамъ не слуги... Мужики вамъ слуги, такъ ужь надъ нами и чудить некому? Не а мы,—благодареніе Отцу милостиву,— не клиномъ, чать, округа-то сошлась...И опять, слуги еще вамъ... Мы, бабы, не вамъ,—Богу развѣ Ѳомушка былъ хоша разъ въ трактирѣ? служимъ! заявила храбро „бѣглая бабка“ . — Такъ, такъ... Совсѣмъ оглупѣлъ, брат- Вотъ такъ женка—заноза! — продол- цы! Простите,—признался благодушно Лука жалъ шутить солдатъ и потомъ, быстро Трофимычъ, зѣвая и крестя ротъ. обернувшись опять къ пѣньковцамъ, сурово _____ прибавилъ. Такъ всѣмъ вамъ, пеньков- Смерклось. Зазвонили къ вечернямъ. Де- цамъ, явиться къ 7 часамъ. журный Еремѣй Горшокъ, все время дре- Пѣньковцы перепугались и молчали. мавшій' за столомъ и то и дѣло нросынав- А неизвѣстны вы будете, господинъ шійся и бѣгавшій на хозяйскую половину кавалеръ, къ чему это насъ?—проговорилъ справляться о времени, перебудилъ пѣнь- дрожащимъ голосомъ Лука Трофимычъ. ковцевъ. Тамъ объявятъ... За хорошимъ дѣломъ Всталъ и Ѳомушка. Спросили его това* къ намъ звать не станутъ. рищи, не знаетъ ли онъ, зачѣмъ его вызьг- Ѳолдатъ оставилъ повѣстку н ушелъ. ваютъ. —- Что за грѣхъ? спрашивалъ тихо Лука — Господь знаетъ, милые, — отвѣчалъ рофимычъ, всматриваясь въ боязливо недо- онъ.—Какой бы ужь грѣхъ отъ старика могъ