b000002181

422 устои , эпилогъ, двѣ правды . — Все отъ того, что она не такая , какъ шелъ староста, тутъ ужь мы ее связали да здѣшнія? въ волость..." Я не стану передавать вамъ — Не такая... Она въ Бога не вѣритъ... всей грустной исторіи, какъ ее привезли, И Васся мой невѣрнтъ,—грустно нрибавн- какъ цѣлые дни и ночи оба брата, сестра ла она. и золовка держали ее неперемѣнно за ру- — Ну, что ты шутишь!—засмѣялась я. кя, какъ она билась, рвалась къ ребенку, Замѣтивъ ея грусть, я больше не раз- какъ толпился съ утра до ночи народъ у ея спрашивала ее. Но съ этихъ норъ она опять избы... Все это исторія извѣстная... При­ стала задумчивѣе. Я ругала себя за неумѣст- ходили попы, дьяконы и дьячки, совѣтовали ные разспросы. Черезъ двѣ недѣли, передъ отчитывать, везти но монастырямъ. Плака- отъѣздомъ Саломеи, Фрося пришла ко мнѣ ла мать крестная, плакалъ даже суровый —просить написать мужу письмо: благода- старшій братъ, хотя обращался съ ней стро- ритъ за подарки, что она здорова, что ей го: она одного его и боялась... Я умоляла и ребенку хорошо, но что она скучаетъ нхъ отправить ее въ больницу въ городъ, безъ него... Попросила даже прибавить, н тутъ-то опять загремѣлъ на меня старшій какъ мы съ ней смѣялись, когда одѣли сы- братъ: „А Богъ-то зачѣмъ? Богъ-то?" И, нишку въ ермолку и халатикъ. Но, несмот- кажется, никогда еще онъ не произносилъ ря на это веселое прибавленіе, Фрося все этихъ словъ съ такимъ свирѣпымъ выраже- время, пока я писала, стояла неподвижно ніемъ... И вотъ стали ее возить, связанную, позади меня, скрестивъ на груди руки, скло- по монастырямъ, верстъ за 30, въ морозъ... нивъ какъ-то безпомощно голову и какъ Изъ одного монастыря нхъ отправляли въ будто задерживая въ себѣ рвавшіеся изъ другой... И, между тѣмъ, ловили н испол- груди вздохи. Она была совсѣмъ одѣта въ нялп совѣты перваго встрѣчнаго: чего-то дорогу, въ синій на барашкѣ кафтанчикъ и давали пить, дѣлали ножныя ванны нзъ на- валенки. Получивъ отъ меня письмо, она стоя табаку, перца и еще чего-то... Изму- завязала его въ узелокъ, вмѣстѣ съ дере- чились всѣ, измучились сами, измучили ее... венскимъ подаркомъ, и ушла. Оказалось, Да, бѣдненькую Фросю трудно узнать: та- что она домашнимъ никому не сказала и кая она стала маленькая, худенькая, вся пошла за восемь верстъ пѣшкомъ; но такъ прозрачная, какъ воскъ, и только большіе какъ погода стояла теплая, то объ этомъ глаза съ сумасшедшею энергіей сверкаютъ нпкто не безпокоился. Хватились уже на изъ глубокихъ впадинъ... А, между тѣмъ, другой день утромъ, когда ея мать крест- это маленькое, безпомощное существо на каж- ная вошла ко мнѣ и сказала: „Вѣдь, Фро- дое обращенное къ ней слово разражается ся-то не ночевала дома! Ребенокъ-то над- цѣлымъ потокомъ самой грязной, кабацкой садился, ревѣвши. Неужели опа, глупая, брани... Но—что всего удивительнѣе—она тамъ ночевать осталась, про ребенка забы- невыразимо кощунствуетъ... Какъ-то ужас- ла?“ Старшій братъ заложилъ лошадь п по- но странно слышать это изъ тѣхъ же губъ, ѣхалъ за ней. Оказалось, что она у Сало- которыя недавно съ такою любовью и вѣрой мен и не была. Всѣ перепугались, й въ на- произносили другія рѣчи... Отчего контрасты шемъ горѣ принялъ участіе чуть не весь эти всегда такъ сильны и поразительны? конецъ нашъ. Предположеніямъ, конечно, Вотъ вамъ и цѣлый деревенскій романъ! не было конца. Братья на двухъ подводахъ Теперь, кажется, въ моемъ письмѣ есть все, поѣхали но сосѣднимъ деревнямъ. И только кромѣ того, что я должна была и собира- уже на третій день нашли ее въ селѣ, верстъ лась вамъ писать. за 15, въ волостномъ правленіи, гдѣ не Впрочемъ, все одно ужь, я докончу вамъ знали, что съ ней дѣлать. Тутъ же былъ и этотъ романъ нѣкоторыми характерными мужичекъ, нашедшій ее около дороги сто- подробностями: къ мужу послали телеграмму, явшею по поясъ въ сугробѣ. „Я, говоритъ, но до сихъ поръ отвѣта нѣтъ; очевидно, ее окрикнулъ, а она молчитъ. Перекрестил- по деревенскому адресу ее не доставили, ся я, подошелъ, а она совсѣмъ окоченѣла. Братья истратили пропасть денегъ на дѣ- одолъ у нея хоть выжми. Взялъ я ее да карство, отчитыванья и совѣты, даже помо­ въ дровни, укрылъ, привезъ къ себѣ въ де- гала сестра-солдатка, жившая въ городѣ въ ревню. Іутъ мы ее со старухой на полати кухаркахъ, принося все свое жалованье... атпскали: думаемъ, авось отогрѣется—въ А, между тѣмъ, у матери крестной есть а ПрИДеТЪ- ^ она ат0 же^ І^акъ 0Т0‘ Фросины деньги, около полсотни, но ста- ки тп11!!'!!™ ,’ схватила мальчика (ребятиш- руха не даетъ ихъ ни подъ какимъ видомъ: емѵ гояовѵ к 1 аП^ ЛаТЯпЪ спали) ’ да и давай Д акъ я могу, безъ хозяина?... Ну, что съ няли Стяпѵ/я мпй” БР°СИЛИСЬ’ насилу от- ней случится, съ чѣмъ парнишка останется? что мы гъ ттртт ,<ѵ кішчитъ вови старосту, И какой отвѣтъ я хозяину дамъ, когда онѣ что мы съ ней будемъ дѣлать?... Ну, при- мнѣ на сохраненіе даны?..."