b000002181

ГЛАВА III. МИНЪ АѲАНАСЬИЧЪ. 329 слѣповатыми глазами и поднялся.—А пра- нувшійся изъ заработковъ, весь бѣлый, вотѣ въ мірѣ не сгибнуть... Правота всегда словно мельникъ, но съ розовымъ лицомъ, жива, а неправота только временно жи- покрытымъ тоже бѣловатымъ пухомъ, п, ветъ... Вотъ Іуда предатель хотѣлъ жить размахнувъ, какъ мельничными крыльями, неправотой—и удавился... своими могучими руками, растолкавъ народъ, — Дожидайся, пока Іуды всѣ перевѣша- подошелъ, улыбаясь во весь ротъ, къ Ми- ются... Что-то, братъ, непримѣтно... ну, обнялъ его маленькую голову своею — Въ свѣтѣ только двѣ правоты п есть,— широкою рукой и, опять оттолкнувъ отъ продолжалъ, все еще играя въ торжествен- себя, сказалъ: ность, Мпнъ Аѳанасьичъ:—крестьянинъ при — Лю-юблю!... Вотъ это я л-люблю! хлѣбѣ и царь при мірѣ. И больше грѣха Вотъ... это... я люблю! — повторялъ онъ, нѣтъ, какъ ежелп крестьянинъ отъ хлѣба силясь что-то сказать получше, по рѣши- отобьется—значитъ, отъ правоты отшибся, тельно не находя словъ, а царь отъ міра, потому, значитъ, отъ мірской Лимподистъ почти совсѣмъ пе понималъ, правоты отшибается. Какъ крестьянину за что хотѣлъ сказать своимъ отвѣтомъ Минъ свой грѣхъ мало жизни, чтобъ умолить, такъ (да едва ли въ этотъ моментъ понималъ и за единый, самый малый царскій грѣхъ—вся самъ Минъ), но Лимподисту понравилась Россія не умолитъ... Вотъ она какая правота- та храбрость, съ которою маленькій, ху- то въ мірѣ! Сила въ ней, въ этой правотѣ, денькій Минъ Аѳанасьпчъ возразилъ над­ большая, и никакой неправдѣ противъ нея менному книжнику. Да таковъ п былъ дѣйст- не выстоять... Не выстояла противъ нея и вительный смыслъ самаго отвѣта Мина, барская неправота!... Слава Создателю!... Этотъ неожиданный порывъ Лимподпста — Да противъ кого ей, неправотѣ-то, вызвалъ еще большее веселье. Дажесолид- не выстоять? Ты вотъ что скажи! — вдругъ ные „середняки", сначала было сочувство­ сердито окрикнулъ Мина высокій старикъ, вавшіе старовѣру и неодобрявшіе отвѣта съ большою, окладистою, сѣдою бородой и Мина, теперь смѣялись. Поощренный та- умными, но суровыми и даже съ выраже- кимъ одобреніемъ, Минъ Аѳанасьичъ пріо- ніемъ какой-то сухой жестокости глазами. бодрился и хотѣлъ было, такъ или иначе, Онъ все время слушалъ молча, опустивъ окончательно уничтожить старовѣра, когда глаза въ полъ, и только отъ времени до въ дверяхъ появился, зачѣмъ-то вышедшій времени поднималъ ихъ на Мина и съ чув- раньше, Пиманъ Савельичъ и, улыбаясь, ствомъ презрѣнія сдвигалъ свои густыя бережно несъ въ рукахъ какой-то бумажный брови. Но при послѣднихъ словахъ Мина, свертокъ. и въ особенности когда онъ стукнулъ въ — Вотъ, во снѣ мнѣ... указаніе было... грудь кулакомъ,—въ знакъ искренней своей И совсѣмъ забылъ,—говорилъ онъ, бережно правоты, — старикъ не выдержалъ. Этотъ развертывая свертокъ корявыми пальцами.— старикъ, Іона Губинъ, былъ старовѣръ, Вотъ еще отъ отца (Груздя онъ считалъ вытный въ старовѣрской дергачевской выти, отцомъ) остался... Говоритъ: „Беря... Когда — Противъ кого?—повторилъ Мпнъ Аѳа- ни то удосужишься—прочитаешь..." Да вотъ насьичъ. вѣкъ прожилъ, а все не удосужился... — Да, противъ кого неправотѣ-то не — Долго же собирается мужикъ грамоту выстоять?—еще суровѣе повторилъ старикъ, читать!—весело замѣтили гости. — Противъ правоты, — сказалъ Минъ — Да и то забылъ совсѣмъ... Ни къ че- Аѳанасьичъ, стараясь выдержать взглядъ му...Да вотъ ужь во снѣ указаніе было...— старовѣра. говорилъ Пиманъ, все еще не умѣя сладить — Противъ какой? со свисткомъ и поворачивая его то внизъ, — Противъ моей! — задорно выговорилъ то бокомъ. Минъ Аѳанасьичъ съ тѣмъ энергическимъ —Дай сюда! — сказалъ сурово расколь- покачиваніемъ головы п движеніемъ всѣхъ нпкъ, подходя къ нему съ видомъ человѣ- членовъ, съ какимъ любятъ сопровождать ка, знающаго свое дѣло. свои увѣренія упрямыя дѣти и вообще не- — Дэй, дай ему... Авось скорѣе теоя посредственныя натуры, у которыхъ выра- дочитается!... Ты вотъ цѣлый вѣкъ соби- женіе чувства идетъ скорѣе, чѣмъ мозгъ рался,—шутили гостп. успѣваетъ формулировать мысль. Раскольникъ долго всматривался въ ха- Іона что-то произнесъ сквозь зубы, со- рактеръ „устава", которымъ былъ написанъ всѣмъ пораженный„глупымъ“отвѣтомъМина, свитокъ. Повидимому, его интересовало не Взрывъ веселаго хохота раздался со сто- столько содержаніе свитка, сколько его „на- роны молодежи. Изъ среды ея внезапно чертаніе". Но по лицу его было замѣтно, вырвался высокій молодой мужикъ, нашъ что онъ то сомнѣвался въ чемъ-то, то иногда старый знакомый Лимподистъ, недавно вер- въ глазахъ его загоралась надежда.