b000002181

156 ГОРЕ СТАРАГО КАБАНА. что выстираны (отъ нихъ всегда несло да- по двадцати пяти рубликовъ штука стоила!... же сѣрымъ мыломъ). Но все это „благооб- Да подушекъ тамъ же полдюжины пуховыхъ разіе“ какъ будто было не его, не родное, хранятся... Ну?... Ѣсть захотѣлъ? Вотъ те- а взятое на-прокатъ, парадное. Наблюдали бѣ сладкій ;кусъ, какой хочешь... Гороху, вы ребенка, когда надѣнутъ на него „об- што ли?—и горохъ будетъ... Судака соле- новку“ и онъ еще не успѣлъ съ ней осво- наго закусить?—и судакъ будетъ... Разгу- иться? Такимъ же, постоянно смущенно- ляться захочешь?—вотъ они, два коня сто- улыбающимся, осторожно поскрипывающимъ ятъ ... Бери жеребца и поѣзжай, куда душа сапогами, конфузливо выступающимъ и ду- тянетъ... Да никуда, братецъ, не тянетъ, мающимъ, что всѣ на него смотрятъ, былъ вотъ бѣда-то! Я ужь и хотѣть-то не знаю Кабанъ. „Не замарай рубашку, не запыли чего придумать! Ей-Богу! Иной разъ, приз- сапоги, не всклочивай голову!... Ходи ров- наться тебѣ сказать, тоскую... шибко то- нѣе, не бѣгай, будь паинька... Теперь ты скую... Никогда этого со мной прежде не ужь большой!"—говорятъ ребенку,—и ре- бывало! бенокъ, не чувствуя въ глубинѣ души, — Да, вѣдь, ты и теперь работаешь, Ли- чтобъ онъ дѣйствительно сразу сталъ „боль- стархъ Петровичъ; съ чего же тебѣ то- шой", силится послушаніемъ увѣрить себя сковать? и другихъ, что папаша и мамаша не оши- — Работаешь!... Развѣ это работа? Такъ, баются. Если это забавно выходитъ въ ре- баловство... Бывало вотъ работалъ, точно, бенкѣ, то, понятно, еще забавнѣе у ста- какъ тюрю-то ѣлъ... Лѣтомъ-то прѣешь- рика въ 60 дѣтъ. А Кабанъ былъ именно прѣешь, да и зимой-то, и въ стужу, и во таковъ. Войдетъ, бывало, ко мнѣ наверхъ, вьюгу, за одромъ своимъ треплешься... Мы слегка поскрипывая сапогами, пригладитъ въ извозъ тогда хаживали... А теперь...— голову, сядетъ напротивъ меня, сложитъ на и тутъ Кабанъ сокрушенно махалъ рукой,— животѣ руки и смотритъ прямо въ лицо больше ничего, какъ одно баловство... Хо- какъ будто чуть-чуть, но постоянно смѣю- тѣлъ было, братецъ, раньше-то еще, отъ щимися сѣрыми глазами. тоски, попрежнему, туда-сюда сунуться: Такъ и хочется его спросить: „Что, Ли- земли хотѣлъ взять побольше, въ извозъ стархъ Петровичъ, загнали, братъ, тебя въ было собирался... Ну, не допустили! чистыя хоромы, да въ новые сапоги? Не- — Кто-жь тебя не допустилъ? ловко, должно, тебѣ?" — А все го спода-то мои : сынокъ съ не- Да и къ своей красивой новой избѣ, ко вѣсткой... „Да ты, говорятъ, тятенька, всему своему хозяйству онъ относился какъ- сдѣлай милость ужь насъ не срами... По­ то чрезвычайно странно, какъ будто все жалуйста, не срами... Чего тебѣ недоста- это было не его, не родное, не хозяинъ етъ? Что ты Бога-то будешь гнѣвить? Онъ онъ тутъ, а только дворецкій. насъ, милосердый, взыскалъ, а ты недо- — Видишь, какая у насъ усадьба -то вольствомъ своимъ Его огорчать будешь? теперь... А, вѣдь, прежде-то у меня здѣсь Ты одно знай—честь нашу держи... Смой что было? Хибарка, Миколаичъ, малая хи- съ себя черную-то образину!... А ужь еже- барка, колышками подперта, вѣтеркомъ про- ли тебѣ тоскливо, ну, лавочку открой, такъ, дута, въ три слѣпыхъ оконца, въ соломен- для веселья, и грошъ лишній перепадетъ"... ной шапкѣ... Да,—говорилъ онъ мнѣ, когда, Ну, я этимъ ремесломъ николи не зани- на третій день по пріѣздѣ моемъ, показы- мался... Такъ вотъ и остался, что боровъ валъ онъ мнѣ свою усадьбу,—и что ста- откормленный,—жаръ только нагуливать, лось, что сталось-то, ты погляди!... Ахъ, — Гдѣ же у тебя сынъ съ невѣсткой? Господи! До сихъ поръ въ умъ не приду, — Да въ Москвѣ живутъ. ей-Богу, не приду!... Словно, братецъ, меня — Что же они тамъ дѣлаютъ? ушибло... Гляжу-гляжу на эти хоромы-то— — А брюхо ростятъ... Въ артельщикахъ и ума не приложу: ровно какъ будто сплю у меня сынъ-то... Слышь, но три тысячи я все, грежу... Ей-Богу!... Бывало, бра- за годъ-то себѣ въ карманъ очищаетъ!... тецъ, работаешь до десятаго поту, спина Вотъ какая махина!... Ну, куда экую прор- трещитъ, ноги ноютъ, ломитъ, животъ ве- ву дѣнешь, коли ежели не въ брюхо?... детъ, ты бы поѣсть, анъ одна тюря; того Робятишки хошь бы, что ли, были, все же пуще брюхо-то пучитъ... Бѣднота была, зналъ бы, что когда-нибудь въ дѣло пой- голь... Ахъ, братецъ, шибко тяжело было!... дутъ... И того нѣтъ: не родитъ толстая... И что сталось, что сталось!— причмокивалъ Да гдѣ ей родить! Ожирѣла! Кабанъ, покачивая головой.—Ну, чего мнѣ Послѣднія слова Кабанъ произнесъ даже теперь нужно? Все есть... Захотѣлъ спать— съ сердцемъ. ложись, хочешь на почку, хочешь на пери- — Вотъ видишь, хоромы какія вывели!... ву... Въ кладовой вонъ ихъ двѣ лежатъ, А къ чему? Хошь бы внучата, что ли, были...