b000002181

ДЕРЕВЕНСКІЙ КОРОЛЬ ЛИРѢ. І 3 9 я вотъ свату стукну, чтобы шелъ... Все, — Что же съ нимъ? молъ, готово! — А вотъ оно, что значитъ не до конца-то Мы подходили къ небольшой избушкѣ, предѣла!—таинственно сообщилъ дѣдъ и, выходившей всего тремя небольшими окнами помолчавъ, продолжалъ:—Какой мужикъ-то на улицу, но за то длинной, дѣлившейся былъ! Сила! Истинный крестьянинъ... Все сѣнцами на двѣ половины. Нѣкогда избушка жилъ дома, при землѣ, болыпину большую выведена была прочно, крыта тесомъ, но велъ... Двоимъ сыновьямъ фитанцы купилъ... теперь „вывѣтрилась", осѣла на нижніе Ну, думалъ, то ли въ своемъ дому не ко- вѣнцы, а верхними, всѣмъ своимъ корпу- роль! Укрѣпилъ устой крѣпко, а самъ въ сомъ, накренилась въ улицу. Тесины на городъ поѣхалъ, думалъ тамъ дворничать, крышѣ кое-гдѣ уцѣлѣли, кое-гдѣ замѣнены да дѣло вышло не задашно... Черезъ годъ драньемъ, а вторая половина сплошь крыта обернулся въ свое-то королевство, а ему уже соломой. сухую корку подали да за печкой уголъ по- — Ну, вотъ, видишь мой дворецъ-то? казали... (дѣдъ вытянулъ губы къ самому Не великъ — точно, за то уютно было! Ты моему уху). Баба его всю болыпину забрала... посмотри, какую команду вскормилъ со Было, слышь, гдѣ-то у него двадцать золо­ старухой для міра! Не малая заслуга! А тыхъ припрятано—и тѣхъ не нашелъ!... какъ вскормилъ? Все самъ принаблюлъ, Благодарю Создателя! Меня старуха бало- другъ мой сладкій, своею спиной, а инно вала!... Іонычъ, ты бы, голубь, того... прі- и скулой! За то и владыка я здѣсь! Никто остановилъ своимъ-то орудіемъ промы- мнѣ не указъ! Королемъ живу! А все, дру- шлять... Чисто ужь!— обратился Чахра- жокъ, по заслугамъ... Кровью заслужилъ!— баринъ къ дурачку съ какою-то особенною умиленно рекомендовалъ мнѣ свой „дворецъ" сердечностью въ голосѣ. — Вотъ и баринъ Чахра-баринъ. говоритъ, что будетъ, вполнѣ достаточно... Но тутъ я замѣтилъ, что у избы топта- Праздникъ вполнѣ! лась какая-то странная личность. Я нѣ- — Что-жь, по мнѣ какъ хочешь, — ска- сколько разъ мелькомъ видалъ ее и раньше залъ, шепелявя, грубымъ и серьезнымъ го- у насъ на селѣ, она постоянно водила за лосомъ Іонычъ.—Если хочешь, я еще под­ собой по улицѣ араву сельскихъ ребятишекъ, мету, а не хочешь—я и перестану, обижавшихъ и дразнившихъ ее. Одежа у Онъ говорилъ мало, отрывисто. Его осо- нея была всегда одна и та же: изорванный бая глубокая серьезность, доходившая до въ клочья пестрый жилетъ поверхъ поскон- сдержаннаго озлобленія и презрѣнія къ дру- ной рубахи, распущенные порты, болтав- гимъ, заставляла иныхъ предполагать, что іпіеся на обѣихъ ногахъ, въ дырявыхъ и онъ „самъ на себя напустилъ", стоптанныхъ резиновыхъ калошахъ; на лох- — Ты вотъ что, Іонычъ... Ты того... не матой, черной, съ просѣдью, головѣ—попов- ходи нонѣ ко мнѣ, на праздникъ-то... По- ская шляпа, увѣшанная разноцвѣтными тому тутъ дѣло въ сурьезъ, видишь,—заго- лоскутьями. Фигура эта особенно рѣзко ворилъ Чахра-баринъ, отвернувшись къ характеризовалась большими задумчивыми сторонѣ отъ оконъ избы и отъ меня и ко- глазами, крючковатымъ носомъ, напоминав- паясь въ карманѣ подъ полой армяка.— шимъ клювъ совы, беззубымъ ртомъ съ су- Будетъ тутъ народъ сурьезный... Вишь, ба- химъ, выдвинутымъ впередъ, подбородкомъ ринъ... Пойдутъ надъ тобой смѣшки, того и клочкомъ сѣдыхъ волосъ, вмѣсто бороды, гляди... Ты вотъ лучше самъ... На-ка тебѣ. на правой щекѣ. Эта странная личность И дѣдъ сунулъ ему въ руку мѣдякъ, раза два въ теченіе каждой недѣли явля- Іонычъ хладнокровно взялъ монету и ска- лась въ наше село, съ неизмѣнными своими залъ: аттрибутами — метлой и лопатой, которыя — Хорошо, я не приду нонѣ. Я послѣ она волочила за собой, и длинною палкой приду. Я въ Грачево пойду,—и, собравъ ло- черезъ плечо, съ торчавшимъ на ней ста- пату, метлу и положивъ знамя съ башма- рымъ башмакомъ... Дурачекъ усердно рабо- комъ на плечо, широкимъ, размашистымъ талъ около избы дѣда Онуфрія: метлой и шагомъ пошелъ изъ села, сдвинувъ на за- лопатой поднималъ онъ вокругъ нея цѣлые тылокъ свою разукрашенную лоскутками столбы пыли, расчищая входъ въ ворота, шляпу. — А вотъ у меня и камардинъ свой,—ве- — Ушелъ!—опять хихикнулъ дѣдъ, село указалъ мнѣ на дурачка Чахра-баринъ. Онъ, видимо, былъ доволенъ. — Кто онъ такой? — Юродивецъ вполнѣ. Иной разъ тоже Дѣдъ замоталъ головой, тихонько хихи- заупрямится — ничѣмъ отъ него не отой- кая себѣ въ бороду. дешь... А теперь ушелъ... Ушелъ добро- — Благопріятель мой,—сказалъ онъ, по- хотно!—весело повторялъ онъ. низивъ голосъ.—Сватъ еще приходится. Вѣроятно, онъ считалъ это за хорошій