b000002180

быть, потому, что он больше других уделял нам, детям, внимания. Помню петербуржцев: Скабичевского, Кри- венко, Воронцова, Станюковича, Миролюбова— редак­ тора «Журнала для всех»... Помню писателей москвичей: Астырева, Крандиевскую, позднее Александра Федорова, Бальмонта. Часто бывал у нас поэт Аполлон Коринфский, молодые тогда врачи: М. И. Молчанов, Н . Н . Архангель­ ский. Здесь начал бывать у нас Николай Артемьевич Л аза- рев-Темный, тогда рабочий в машиностроительных ма­ стерских. Он был большим другом отца, и дружба эта не порывалась до смерти Николая Артемьевича. Пришел он малограмотным рабочим. Отец просил своих прия­ телей студентов заняться с ним русским языком. Впослед­ ствии уроки русского языка и литературы стал давать ему Павел Никитич Сакулин, тогда еще преподаватель средней школы (он давал уроки в женской гимназии Ме­ щерской). Не было ни одной субботы, которую пропустил бы Николай Артемьевич. У нас была его семья, его «школа». Он же дал тему моему отцу для его рассказа «Мечтатели». Насколько я помню, сохранены были даже и имена «Ли- патыча» и «Демы». Отец особенно дорожил теми из своих друзей, в кото­ рых видел признаки таланта. Их он нашел и в Н . А . Ла- зареве-Темном и всю его дальнейшую жизнь был его учителем и другом. Темный вырос в настоящего писателя. Его рассказы : «В проходной», «Блоха» и др. говорят как о таланте писателя, так и о его значительном уже мастер­ стве. К сожалению, смерть слишком рано прервала эту ки­ пучую жизнь. Если был труден и тернист путь писателя-разночинца, то еще труднее он был для писателя из рабочих или из крестьян. И как мало было людей, которые помогли бы им и своим участьем и своим советом на этом тернистом пути. И понятно, что такие писатели-самоучки, раз побывав у отца, надолго оставались его друзьями и навсегда сохра­ нили светлую память о нем. Таковы были: Н . Лазарев- Темный, И. Белоусов, С. Дрожжин, С. Фомин, М . Лео­ нов, Ф . Гаврилов — поэт и др.